Октябрь 2020 / Хешван 5781

Рассуждения 14-18

14. Любовь к милосердию[1]

«Ведь в сиянии лика Твоего, Г-сподь, Б-г наш, Ты даровал нам Тору жизни и любовь к милосердию…» (Молитва «Шмоне Эсре»).

Любовь к милосердию – драгоценный дар Всевышнего избранному Им народу – Израилю. Он укоренил ее в наших сердцах, даровал нам радость от деяний добра и постоянное стремление к истине. Эти прекрасные качества души отличают нас от других народов. Мы совершаем добрые дела не только потому, что их предписывает Тора подобно заповедям цицит и тфилин, и не только из-за того, что любим людей и хотим видеть их счастливыми.

Все это могло бы быть достаточными причинами, побуждающими нас к оказанию милосердия тем, кого мы любим, чтобы радоваться, когда они обретают недостающее. Ведь народ Израиля творит милосердие по внутренней душевной склонности – из любви к добрым делам. Еврей получает огромное удовольствие, распространяя в мире добро, исправляя искаженное и создавая истинное, превращая бедность в богатство и несчастного в счастливого.

Еврей любит милосердие так же, как мудрость, и заботится даже о незнакомых ему, порой заурядных людях, поскольку для него оказание добра – величайшее наслаждение, к которому он стремится. И чем больше он сможет проявить милосердие, тем сильнее будет его радость и желание совершать и совершенствовать свои добрые дела, пока в это не будут вовлечены вся его душа и сердце. Он внимательно следит за тем, чтобы его поступки были цельными и чистыми от любого загрязнения. И, проявляя милосердие к ближнему, он старается, чтобы у принимающего не возникло неприятного чувства оттого, что он получает дар от человека из плоти и крови, – ведь это его печалит, угнетает и уменьшает его радость, и такое милосердие не является совершенным.

Необходимо всячески скрывать свои добрые дела, чтобы получающий не видел руки дающего и его удовольствие не омрачилось даже малейшим страданием. И тогда милосердие окажется цельным, что дарует самую большую награду оказавшему его. А это возможно, только если позаботиться о ближнем незаметно, чтобы тот вообще не знал, от кого пришла помощь, и ему казалось, что со всеми трудностями он справился своими силами.

И это не единственная причина остерегаться, чтобы к удовольствию не примешалось страдание. Даже если удается исполнить свой долг по отношению к ближнему наилучшим образом, сокрыв содеянное от его глаз, все же необходимо быть осмотрительным в том, чтобы добрые дела были чисты от всяческих загрязнений и не запятнаны чуждыми намерениями и мыслями, желанием известности и славы. Ведь недостойная мотивация и неискренность обесценивают милосердие, лишая его красоты и великолепия.

Любящий милосердие получает от него большое наслаждение и изо всех сил старается, чтобы его результатом стало совершенное деяние, осуществленное с желанием души, чистое от всякого следа чуждых и посторонних намерений. Изо дня в день, от поступка к поступку человеку следует думать о том, как украсить свое милосердие, добавить ему великолепия... Непреодолимо должно быть стремление к совершенному милосердию, проистекающему из глубин еврейской души! Поэтому мы видим, что евреи, даже отдалившиеся от святой Торы, все же остаются щедрыми людьми. Они творят милосердие в скромности, скрыто и мудро, чтобы никому не были известны их деяния.

Любовь к милосердию, источником которой является еврейская душа, не ограничивается соображениями, связанными с временной жизнью в этом мире, восполнением того, чего не хватает другим в области материального, и обеспечением их жизненных потребностей. Когда еврей помогает ближнему в материальных делах, усиливается его желание даровать людям вечное и непреходящее духовное благо, поддержать жизнь их душ, научить пониманию, приблизить к постижению Б-га, ибо в этом – весь человек. Ведь объект милосердия – это не только физическое тело. В первую очередь добро должно укреплять дух и душу.

Мудрецы Талмуда пояснили это в притче о царской дочери: «Даже если ты преподнесешь ей все, что только есть в мире, – для нее это ничего не значит, потому что она – дочь царя. То же самое и душа: если ты предоставишь ей любые царские почести и наслаждения, для нее они не будут иметь никакой цены, потому что ее источник – в высших мирах»[2]. Все изыски и наслаждения нижнего мира в ее глазах – ничто. А что доставит ей истинное удовольствие? – Только духовное возвышение. И ради этого любящий милосердие старается поделиться с другими знанием Б-га и трепетом перед Небесами, дабы раскрылись их глаза и они увидели истину. Еврей учит товарища Торе, поскольку единственный истинный голод – это стремление к Б-жественному Знанию. Он старается помочь ближнему обрести заслугу исполнения заповеди, ибо настоящая нагота – это отсутствие одеяния заповедей. Поэтому главное милосердие – духовное, ведь оно сохраняется навечно. Именно такое совершенное милосердие мы находим в деяниях нашего праотца Авраама. Он разбил шатер в Беэр Шеве, встречал, кормил и поил путников, удовлетворял все их нужды, не делая между ними никаких различий. Этим странникам, которые оставили свои дома и вышли в дорогу, не хватало привычного благоденствия и покоя, а в шатре нашего праотца они получали больше всяческих благ, чем дома. Но Авраам не ограничивался только таким милосердием. Когда они вкушали от его щедрости, им недоставало самого главного: они не знали себя, не постигли высочайшей ценности своей души, наслаждались благами этого мира, не задумываясь о существовании его Творца. Разве такое удовольствие может быть полным?

Если люди не понимают главного, они подобны животным. А раз так, то благодетель все еще не оказал им истинного милосердия, в котором они действительно нуждаются. Поэтому Авраам прилагал все усилия, дабы открыть им, что Всевышний сотворил мир и управляет им, рассказать, как велика значимость человека, созданного для наслаждения сиянием Б-жественного присутствия и созерцания великолепия Всевышнего. Этому он их обучал, и те, кто прежде были подобны животным, становились людьми глубочайшей мудрости, и об этом сказано: «…и души, которые сделали в Харане…»[3]

Таким было милосердие Авраама: он не только одаривал людей материальными благами, но и помогал им взойти на высочайшие ступени понимания, спасая их от падения в Преисподнюю. Это – суть истинного милосердия, к которому должны стремиться потомки Авраама: творить добро, подобное его милосердию, радоваться своим деяниям и одаривать людей благом во имя их вечного счастья.

Такая любовь к милосердию – это дар Всевышнего Его народу Израилю.

15. Награда за Милосердие[4]

«Раббан Гамлиэль, сын рабби Йеуды Анаси, сказал: на третий день после совершения нашим праотцом Авраамом обрезания очень сильно болела его рана. Что же содеял Всевышний, чтобы испытать его? – Он проделал отверстие, ведущее в Геином, и разогрел весь мир так, как это будет в день наказания злодеев» (Мидраш Рабба, Берешит, гл. Вайера).

Наш праотец Авраам присматривался к величественному дворцу, изучал и исследовал его, пока ему не открылся его Хозяин. Он постигал Творца и Правителя мира, изучал Его пути и способы управления Творением, пока не пришел к пониманию самого главного: мир основан на милосердии. Содержание и форма всего сотворенного Всевышним – милосердие, каждая частица мироздания исполнена милости, исключительной в своем роде и не похожей ни на что другое. Все мироздание – удивительный результат благословения: «Милосердием Г-спода полна земля…»[5]

И поскольку человек сотворен по «образу Б-га», его долг и цель – следовать путями Всевышнего, уподобиться Создателю: как Он сотворил Свой мир милосердием, так и человек обязан строить свой мир милосердием. Это качество должно проявляться во всех его поступках и намерениях. Всевышний дарует Своим созданиям добро, насыщает все живое благоволением, каждому дает все необходимое согласно его природе, потребностям и желаниям. Так и человек обязан оказывать добро всем творениям, каждому – по его характеру и склонностям. Очень непросто исполнить этот долг, нужно быть очень мудрым и глубоко проникнуть в суть душевных сил человека, его природу и чувства и одарить его именно тем, в чем тот действительно нуждается. И после того как наш праотец Авраам глубоко постиг сущность человека, сотворенного по «образу Б-га», он открыл для себя, что царские почет и наслаждения – это и есть милосердие, которого достоин любой из людей. И тогда он начал творить добрые дела: каждого гостя приглашал в свой дом, кормил, поил и относился к нему с большим уважением. Наш праотец Авраам, отец всего мира, лично прислуживал самым заурядным людям, поклонявшимся пыли на своих ногах.

Что же сделал Всевышний, чтобы его испытать? Он проделал отверстие в Геиноме, и в мир спустилась небывалая жара, превратившая его в пылающую печь Преисподней! Люди не выходили в дорогу, некому было оказать милость, и по нашим представлениям Авраам был свободен от заповеди гостеприимства. Как нам кажется, наш долг делать добро тому, кто в нем нуждается, а в тот день никто не решался отправиться в путь и не было места гостеприимству. Как же поступил Авраам? Он сел у входа в шатер и ждал... Его милосердие не исчерпалось, его представление о добре не изменилось, поскольку он воспринял его непосредственно из Источника. И это Учение требует: твори милосердие согласно путям Г-спода!

Милосердие только нуждающимся в нем не является совершенным. Это мы учим из деяний Всевышнего, Который сотворил мир, дабы наполнить его добром. Он создал прекрасный мир еще до сотворения человека, заранее заложив в него милосердие и благо. Так же обязан поступать и ты –разыскивать возможности творить добро. А если ты не способен реализовать свое предназначение, значит еще далек от совершенства.

Любовь Авраама к милосердию не позволяла ему ни дня провести без гостей. Он не желал освободить себя от исполнения заповеди гостеприимства даже в состоянии опасности: «Он послал своего раба Элиэзера на поиски гостей. Тот пошел, но никого не нашел. Тогда Авраам решил: нельзя доверять рабам!»[6] Вот, даже на такого раба, который «…черпал из Учения своего господина и поил других»[7], нельзя полагаться, если он не нашел путников. И Авраам вышел на их поиски, а не стал ждать, пока они сами придут к нему и он подаст им угощение, превосходящее любую царскую трапезу.

В тот день изменилось все мироздание: на земле – Геином, нет прохожих, Авраам лишен возможности оказывать людям добро и уподобиться своему Творцу. Он жаждал творить милосердие, но не мог найти нуждающегося в его заботе. Опечаленный, он сидел у входа в шатер, преисполненный желания совершать истинное милосердие, дабы следовать путями Всевышнего. И Б-г увидел его боль и послал к нему ангелов в образе людей. С Небес Аврааму помогли совершить деяние, подобное милосердию Г-спода. И только для того, чтобы он смог воплотить свое желание сделать добро, для него были сотворены особые создания – ангелы, способные есть, как люди.

Если кто-то скажет, что ангелы в гостях у Авраама не ели, – это пустые слова: «Ради этого праведника и в награду за его служение Всевышний открыл их уста, как сказано: «…и он стоит рядом с ними под деревом, и они ели»[8]»[9]. Авраам удостоился совершить деяние, подобное милосердию Всевышнего, превышающее возможности человека. И для него были сотворены особые создания, чтобы он мог позаботиться о них, как того жаждало его сердце, согласно его страстному желанию уподобиться Г-споду.

Наш праотец видел, насколько весь Б-жественный мир наделен добром, и в своей мудрости понимал, что не только Ган Эден, но и Геином полон Его милосердия: «И увидел Б-г все, что Он содеял, и вот – очень хорошо…»[10], – сказано о Геиноме – самом ужасном месте, где грешники претерпевают тяжкие и горькие мучения. И это без всякого преувеличения – не что иное, как вечное милосердие, подобное Ган Эдену. Из Геинома слышатся стенания нечестивцев: «Хорошо Ты осудил, правильно обвинил!» Они воспринимают свое наказание как добро, ощущают милосердие Всевышнего: ведь благодаря страданиям они постигают величие Творца в чистоте и ясности, сокращается расстояние, отдаляющее их от истины, и с каждым мгновением они приближаются к Источнику всех благ и наслаждений. Всевышний сказал Аврааму: «Возьми, пожалуйста, сына твоего, единственного у тебя, которого ты любишь, Ицхака, и иди ради себя в Землю Мориа, и вознеси его там в жертву Всесожжения на одной из гор, о которой Я скажу тебе»[11], и каждое следующее слово усиливало его испытание. С той же готовностью и душевной радостью, с таким же полным сердцем, как всякий раз, когда Авраам кормил голодного и поил жаждущего, он отправился вознести на жертвенник своего любимого сына, поскольку всецело осознавал милосердие Б-га, наполняющее все мироздание от вершин Ган Эдена до бездн Геинома. Желание Всевышнего – даровать добро Своим созданиям, творить для них милосердие, и Его повеление принести в жертву единственного и долгожданного сына – так же вечное милосердие, прозвучавшее в обещании: «…ибо в Ицхаке наречется род тебе»[12]. Это тоже было испытанием: насколько глубоко Авраам постиг милосердие Б-га, наполняющее все мироздание. И наш праотец устоял в нем!

Когда Авраам выдержал испытание жертвоприношения Ицхака, Всевышний сказал ему: «Не простри руки твоей к юноше и не делай ему ничего, ибо теперь Я знаю, что ты трепещешь перед Б-гом…»[13] Мироздание зиждется на мудрости и милосердии; мудрость – это фундамент здания милосердия: «Ибо сказал я: мир построен на милосердии; Небеса – на них Ты утвердил верность Свою»[14] и «Г-сподь мудростью основал землю, утвердил Небеса пониманием»[15]. Милость Всевышнего проистекает из источника высшей мудрости, поэтому милосердие человека не достигает совершенства, если не проистекает из его мудрости. А что такое мудрость? – Трепет перед Небесами, как сказано: «Начало мудрости – трепет перед Г-сподом…»[16] Трепет – это духовная форма мудрости, выражение совершенного и всеобъемлющего осознания величия Творца и Его милосердия.

Отсутствие трепета перед Небесами приводит к ущербности в деяниях милосердия. О жителях Сдома, погрязших в грехе, свидетельствует Тора: «А жители Сдома дурны и грешны перед Г-сподом очень»[17]. О них сказал пророк Йехезкель: «Вот в чем заключалось беззаконие сестры твоей Сдом: гордость, пресыщение хлебом и покой были свойственны ей и дочерям ее, а руки бедного и нищего она не поддерживала»[18]. Претензия к жителям Сдома состояла в том, что им было чуждо милосердие, они знали своего Господина, но восстали против Него.

Недостаток милосердия свидетельствует об отсутствии трепета перед Небесами. Эти грешники не понимали сути милосердия Всевышнего, наполняющего землю, и не узрели Его особой милости лично к ним, давшей им «пресыщение хлебом и покой…» Это является признаком полного отсутствия трепета, о чем сказано: «…дурны и грешны перед Г-сподом очень»[19]. А милосердие Авраама достигло полного совершенства, источником которого была мудрость, то есть трепет перед Г-сподом и осознание Его безграничного милосердия.

Повествует Мидраш: «Рабби Йеуда бар Симон сказал: Авраам приглашал в гости путников. Когда они заканчивали трапезу, он обращался к ним: «Поблагодарите Творца мира!» Те недоумевали: «А как нам следует это сделать?» И он начинал их учить: «Произнесите: благословен Г-сподь, Б-г наш, ниспославший нам пищу…»»[20]. Милосердие человека, если оно проистекает из трепета перед Небесами, ведет к духовному возвышению также и принимающего помощь. Праведник не довольствуется оказанием материальной поддержки нуждающимся, он дает им возможность удостоиться вечного блага, осознать величие Б-га и Его милость, понять, что милосердием им воздал не человек, а Всевышний: «Благословен Г-сподь, Б-г наш, ниспославший нам пищу…»

Добрые дела человека – это средство раскрытия Б-жественного милосердия. Таковым было милосердие Авраама, проявлявшееся не только в материальном, но и духовном, сохранившееся навечно. И оно, подобно милосердию Г-спода, проистекало из источника мудрости, распространялось на все его поступки и начинания: от поддержки голодного хлебом до вознесения единственного сына на жертвенник. То же чувство, с которым он кормил путников, было в его сердце и тогда, когда он возлагал на жертвенник своего сына. Оно проистекало из мудрости, основа которой в трепете перед Небесами, и достигло таких высот, что Всевышний сказал Аврааму: «Не простри руки твоей к юноше и не делай ему ничего, ибо теперь Я знаю, что ты трепещешь перед Б-гом…»[21]

Награда за милосердие Авраама была дарована всему народу Израиля, который во время Исхода из Египта не мог ожидать ничего, кроме голода и жажды в пустыне, но в заслугу добрых дел Авраама удостоился небывалых чудес Всевышнего. Повествует Мидраш: «Ты сказал: «Я возьму ломоть хлеба, и подкрепите ваши сердца…»[22], – Ответил Всевышний: «В награду за это Я воздам твоим сыновьям: «И сказал Г-сподь Моше: вот, как дождь, Я дам вам хлеб с Небес…»[23] Благодаря куску хлеба для ангелов служения весь народ Израиля – шестьсот тысяч человек – удостоился мана в пустыне: «Хлеб великих ел человек, пищи послал Он вдоволь»[24] – пищи небесных ангелов. В награду за кувшин воды, который Авраам подал путникам: «Пусть возьмут немного воды, и омойте ваши ноги…»[25], Всевышний дал сынам Израиля колодец на все сорок лет их пребывания в пустыне. Благодаря тому, что «…он стоял возле них под деревом, и они ели»[26], народ Израиля удостоился Б-жественного сопровождения в пустыне: «И Г-сподь шел перед ними днем в столпе облачном, чтобы направлять их в пути, а ночью – в столпе огненном, чтобы светить им…»[27]»[28].

При Исходе из Египта еврейский народ был наделен ангельским наслаждением и царским почетом: «Он нашел его в земле пустынной, где в хаосе завывало опустошение, Он ограждал его, основал его, берег, как зеницу ока Своего»[29]. И все это – в заслугу милосердия, оказанного Авраамом ангелам, поскольку оно было идеальным, подобно милосердию Всевышнего. Оно проистекало из основы мудрости, трепета и глубокого осознания качеств Всевышнего, благословение Которого наполняет все мироздание.

Авраам был вознагражден за свои деяния вечным милосердием Всевышнего ко всему народу Израиля до скончания всех веков не только в пустыне Синай, но и в Земле Кенаан. И в будущем мы тоже удостоимся безграничного блага в награду за милосердие Авраама. Рабби Элазар от имени рабби Симона сказал: в награду за кувшин воды, который Авраам подал путникам: «Пусть возьмут немного воды, и омойте ваши ноги…»[30], Всевышний воздал его потомкам. Об этом говорится так: «Тогда воспел Израиль эту Песнь: наполняйся, колодец, пойте ему. Колодец выкопали князья, вырыли его главы народа скипетром, посохами своими…»[31] Это произошло в пустыне Синай, а что сказано о Земле Израиля? – «А земля, куда вы переходите для наследования ее, – земля гор и долин, от дождя небесного она пьет воду. Земля, с которой Г-сподь, Б-г твой, требует всегда, глаза Г-спода, Б-га твоего, на ней от начала года до конца года»[32]. А что произойдет в будущем? – «И будет в тот день: изольются живые воды из Иерусалима…»[33]

Удивительно, как велика сила милосердия и сколь значима награда за него! И таково не только милосердие нашего праотца Авраама, который выстоял во всех испытаниях и сердце которого Всевышний нашел верным перед Собой. Даже если совершивший милосердный поступок – злодей, грехи которого превышают зло Сдома и Аморы, милосердие защищает его от гибели, и он удостаивается вечного блага.

Учил рабби Йеошуа, сын рабби Нехемьи: «Грехи колен Йеуды и Биньямина страшнее преступления Сдома. О Сдоме сказано: «…дурны и грешны перед Г-сподом очень»[34], а о еврейском народе говорится: «…преступление дома Израиля и Йеуды велико чрезмерно; и наполнилась земля эта кровью, а город полон неправды, ибо говорят они: оставил Г-сподь эту землю, и не видит Г-сподь…»[35] Из жителей Сдома никто не остался в живых, а еврейский народ удостоился спасения в заслугу верности Б-жественному Завету. И Всевышний изрек: «Они не позволили Мне уничтожить Мой мир». Даже если «Преступление дочери народа Моего превысило грех Сдома, перевернутого в мгновение…»[36], милосердие народа Израиля защитит и избавит его от исчезновения, и он будет спасен. И об этом сказано: «Если бы Г-сподь Воинств не оставил нам немного уцелевших, как Сдом стали бы мы, уподобились бы Аморе»[37]. Таков святой, возвышенный и вознесенный народ Израиля, которому принадлежит будущее, и он унаследует вечность.

«Каждый в Израиле должен говорить: когда же мои поступки достигнут уровня служения Авраама, Ицхака и Яакова?»[38] – когда мое милосердие уподобится милосердию Авраама, всецело основанному на трепете перед Небесами.

16. Значимость милосердия (I)[39]

«Сказал рав Йеуда от имени Рава: гостеприимство важнее пребывания в свете Б-жественного присутствия, как сказано: «И он произнес: господа мои, если я обрел милость в глазах твоих, не пройди мимо раба твоего…» (Берешит 18:3)» (Шаббат 127а).

Наше понимание долга милосердия поверхностно и упрощено. Только углубленное размышление над словами наших мудрецов, благословенной памяти, и проникновение во все новые сферы знания поможет нам осознать, сколь далеко простирается обязанность милосердия, и мы получим истинное представление о его значимости. И тогда даже малейшее действие, самый незаметный поступок, будет чрезвычайно важен.

Всевышний сотворил человека, чтобы даровать ему добро: «Ибо сказал я: мир построен на милосердии; Небеса – на них утвердил Ты верность Свою»[40]. Так это было: «И создал Г-сподь Б-г человека из праха земного, и вдохнул в его ноздри дыхание жизни…»[41] – это дух великого Б-га, из уст Которого – знание и понимание, ибо дуновение, согласно выражению Рамбана, является передачей части своей души. И ради человека, сотворенного по «образу Б-га», были созданы многие наслаждения, целый мир наполнился изобилием милосердия и блага, чтобы он удостоился вечного счастья, сияния Б-жественного присутствия и близости к Г-споду.

Но как ему подняться на столь высокий уровень? Какова задача, возложенная на высшее из творений, созданное по «образу Б-га»? – Человек должен уподобиться своему Господину. Главным и центральным принципом сотворения человека и мира, призванного ему служить, является милосердие Б-га к людям. Он сотворил их по «Своему образу», возвысил над всеми творениями, вознес над ангелами и всеми духовными сущностями и одарил всевозможными удовольствиями и наслаждениями. И мы обязаны перенять свойства Создателя для того, чтобы целью нашего пребывания в мире было исключительно милосердие. Таково наше истинное предназначение, и только исполнив его, мы сможем подняться на высшие ступени.

Все наши поступки должны проистекать из милосердия, в нем скрыта тайна возвышенности человека – «…и ходи Его путями»[42] – «Уподобься Ему: как Он милосерден, так и ты будь милосерден…»[43] Милосердие – это основа, корень, который питает, поддерживает и возвеличивает человека; а совершаемые им дела – ветви. Если он не черпает чистые воды из источника святости, то усыхает, утрачивая возможность взойти на новую, более высокую духовную ступень. Только милосердие укрепляет его силу, в нем источник его величия, и в этом – весь человек.

«Уподобься Ему» – оказывай милосердие людям так же, как это делает Г-сподь по отношению к тебе. Дай ближнему все, что в твоих силах, – все удовольствия, наслаждения и радости, но даже тогда ты еще не полностью исполнишь свою обязанность. Даруй ему не только наслаждение этого мира, «материальное ради духовного», но и духовность, свободную от любой посторонней примеси, помоги ему обрести заслуги, прийти к мудрости и пониманию, осветить разум, очистить сердце. Речь идет не только о таком даре, от которого принимающий обогащается, а дающий не беднеет – «От своих учеников я научился большему, чем от всех других людей». Это касается духовного жертвования, совершаемого ради другого человека.

Перед тобой самое важное и возвышенное духовное явление, единственное в своем роде; и чтобы в мире появился еще один счастливый человек, ты обязан чем-то поступиться ради его блага. И на самом деле это вовсе не потеря, ведь основа основ – милосердие – благо для ближнего. И если человек совершает столь великие деяния, то обретает самую большую духовную заслугу, которая только есть в мире.

Сказали наши мудрецы: «Поступись своим желанием ради другого, потому что так поступили Рахель ради Леи и царь Давид ради царя Шауля»[44]. Наша праматерь Рахель была готова утратить величайшее духовное сокровище – стать женой Яакова, избранного из праотцов, образ которого увековечен под Престолом славы Б-жественной Колесницы! «Ибо Яакова избрал Себе Г-сподь, Израиля – Своим сокровищем»[45], чтобы он стал родоначальником двенадцати глав колен Израиля – основы избранного народа, чистого и свободного от всякой примеси, которому принадлежит вечное будущее. Ради сестры Рахель пожертвовала величайшим благом – стать женой нашего праотца Яакова и праматерью святого народа, предназначенного для служения. Речь идет не только об отказе от возвышенной духовной доли ради счастья другой женщины. Человек обязан пожертвовать даже самой высокой духовностью всего лишь для материального благополучия ближнего.

Заповедь гостеприимства более важна, чем пребывание под сенью Б-жественного присутствия, как мы учим из поступка Авраама: «И явился ему Г-сподь в дубраве Мамрей… И он возвел очи свои и увидел: и вот, трое людей предстали перед ним, и он увидел и побежал им навстречу…»[46]

Насколько это удивительно: заботу о людях Авраам предпочел пребыванию в свете Б-жественного присутствия! «Сказал ему Всевышний: пока ты не вступил в Мой Завет, к тебе приходили необрезанные, – а теперь Я и Моя свита открылись тебе, как сказано: «И возвел он очи свои и увидел…»[47] – созерцал Б-жественное присутствие и мир ангелов. Наш праотец отказался от высшей духовности, которой только что удостоился, – пребывания в свете Б-жественного присутствия ради оказания почета гостям, которые показались ему простыми кочевниками, поклоняющимися пыли на своих ногах. Он попросил у Всевышнего разрешения и пошел им прислуживать. Однако от этого он ничего не потерял. Подать кусок хлеба и глоток воды путникам важнее пребывания в свете Б-жественного присутствия, ведь это заповедь гостеприимства! Оказание почета гостям – это высшее проявление милосердия, поскольку в нем – весь человек, основа его существования, тайна величия и безграничной вознесенности.

17. Значимость милосердия (II)[48]

«Вот, праведнику воздастся на земле, тем более нечестивцу и грешнику» (Мишлей 11:31).

Еще до дарования Торы, раскрывшей истинную сущность милосердия, человек должен был постичь собственным разумом, что милосердие – не только высшая ступень праведности, большая, чем требует Закон. Оно – фундамент и основа мира, и дает людям право на существование на земле.

И даже если бы нам не была дарована эта заповедь, человек был бы обязан сам ее осознать через всеобъемлющее и глубокое изучение, пронизывающее все пространство мироздания в целом и каждое творение в отдельности. Так можно увидеть и понять, что все сотворено во имя милосердия, являясь кирпичиком в его великолепном здании: «Ибо сказал я: мир построен на милосердии; Небеса – на них Ты утвердил верность Свою»[49].

Каждое творение с верой и радостью исполняет свое предназначение, ради которого оно было создано. Солнце светит всему миру – «И оно, как жених, выходит из-под свадебного балдахина, радуется, как богатырь, пробежать путь»[50], земля дает всем свои плоды: «И душа моя как прах для всех будет»[51] – земную почву все попирают ногами, а она при этом взращивает чудесные дары для всего живого.

Человеку следует учить законы милосердия, наблюдая за каждым творением. Как каждое создание делает добро сообразно своей сущности и качествам, так и человек должен творить в мире милосердие согласно своему величию и возможностям. А ведь он – высшее из творений, великолепие мироздания, и обязан исполнить свое предназначение соразмерно своему величию. Сказано в Теилим: «Небеса – Небеса Господу, а землю Он отдал сыновьям человека»[52] – в его распоряжении весь мир блага и наслаждения. И он может воспользоваться этим сокровищем ради возвышенной цели.

Но есть и более глубокий подход. В действительности нет необходимости перенимать учение о милосердии у других земных существ. Их поступки не соответствуют милосердию, подобающему человеку – высшему из всех творений. Учение о милосердии он должен воспринять непосредственно из его Источника.

Человек создан по «образу Б-га», и это обязывает его уподобиться Творцу. В мироздании раскрывается отношение Всевышнего к Своим творениям: «Милосердием Г-спода полна земля…»[53] И мы не можем постичь, сколь значимо милосердие для мироздания. Ведь все его составляющие собираются воедино и устремляются в одном направлении. Каждое мельчайшее творение – комар, червь – вносит свой вклад в мироздание, и благодаря ему оно обретает полный и совершенный вид. Необходимо это понять и уподобить свои добрые дела милосердию Всевышнего к Своим творениям.

Осознав этот центральный принцип милосердия в его истинном виде, человек возвышается, развивается и приближается к совершенству и истинному милосердию и сверяет с ним все свои дела, поступки и движения, размышления и рассуждения, открытия и творчество. В этом и состоит его обязанность уподобиться своему Творцу. Но если он этого не делает, то лишается величия и великолепия. Человек создан по «образу Б-га» и способен Ему уподобиться, но вместо этого он ограничивает в себе эту чудесную силу, принижает свое небесное величие до самой земли.

Ему необходимо понять: «Комар предшествовал тебе при сотворении мира»[54], поскольку у него есть право на существование в мире, а уклоняющийся от деяний милосердия лишается этой заслуги. Мы видим это на примере жителей Сдома, от которых не осталось ни следа, – а ведь их вина состояла именно в том, что они не поддерживали бедного и нуждающегося. И не только тот, кто вообще далек от милосердия, теряет право на существование. Даже когда человек оказывает людям добро денно и нощно, не прерываясь ни на мгновение, и его деяниям всегда предшествует глубокое и внимательное размышление об их нуждах, – все же, если в его поступках обнаружится хоть какое-то несовершенство, он будет сурово наказан.

Повествует Мидраш: «Сказал рабби Леви: Ноах и его сыновья все двенадцать месяцев пребывания в ковчеге не знали сна, заботясь о нуждах всех зверей и птиц. Рассказывает рабби Акива: они своими руками принесли в ковчег связки веток для слонов и песок для страусов... Некоторые животные едят в два часа ночи, другие – в три... Ты можешь убедиться в том, что они не знали сна, из слов рабби Йоханана, сказанных от имени рабби Элиэзера, сына рабби Йоси Аглили: однажды Ноах задержался с пищей для льва, и тот так сильно его ударил, что Ноах стал хромым. Поэтому сказано: «И остался только Ноах…»[55] Слово «только» указывает на то, что Ноах был «уменьшен», утратил свою цельность и право приносить жертвы. Поэтому вместо него служение осуществлял его сын. И об этом сказано: «Вот, праведнику воздастся на земле, тем более нечестивцу и грешнику»[56]»[57].

Насколько безмерно милосердие человека! Прежде чем войти в ковчег, Ноах позаботился обо всем необходимом для каждого живого существа – заготовил «связки веток для слонов и песок для страусов». А там было много тысяч различных видов живых существ, и каждого он обеспечил пищей и всем, в чем тот нуждался, согласно его природе и обычаю. А когда все они вошли в ковчег, Ноах и его сыновья превратились в прислугу, которая заботилась обо всей этой живности и вовремя ее кормила. В два часа ночи, в три часа ночи, все двенадцать месяцев они не знали сна, – можно ли представить себе большее милосердие? Они столь преданно прислуживали животным целых двенадцать месяцев, без минуты сна и отдыха, кормили и пеклись о них с такой жалостью и мудростью, что одна маленькая птичка не смогла вынести страданий Ноаха! Об этом повествует Талмуд: «Рассказал Шем, сын Ноаха: однажды мой отец увидел маленькую птичку, которая забилась в расщелину ковчега. Он спросил ее: «Разве тебе не нужна еда?» И та ответила: «Я вижу, как неустанно ты хлопочешь, и решила не утруждать тебя заботой о себе»»[58]. Ноах тратил столько сил на обеспечение питанием всех обитателей ковчега, что эта птичка решила затаиться в уголке и страдать от голода, лишь бы не заставлять Ноаха трудиться ради нее.

И при всем этом, когда в его невероятном милосердии обнаружился легчайший изъян, минутная невнимательность – он задержался с едой для льва – с ним случилась такое несчастье! Ноах не морил хищника голодом, а лишь ненадолго пропустил положенный час. И, возможно, вся его ошибка состояла лишь в том, что вначале он накормил другое животное, опередив одно доброе дело другим. И за это он был сурово наказан как телесно – получил увечье, так и духовно – больше не мог быть священником и приносить жертвы Б-гу, утратив свое великолепие.

Удивительно, сколь многого от нас требует заповедь милосердия! А ведь она даже не была возложена на Ноаха. Малейшее упущение и недостаток в ее исполнении – это огромное преступление: «Вот, праведнику воздастся на земле, тем более нечестивому и грешнику»[59]. Что же обязывает нас творить такое удивительное милосердие, если не заповедь уподобиться Творцу? Милосердие Г-спода совершенно, и мы обязаны перенять его, а минутное ослабление внимания – это падение, унижение величия и почета человека, сотворенного по «образу Б-га». Наше милосердие должно быть чистым и свободным от всякого изъяна; и если мы будем его осуществлять в сосредоточенности мышления и сил, – то станем источником истинного добра.

Но, с другой стороны, искра милосердия не пропадает даже во мраке жестокости; его сила велика и свет ярок. Об этом сказано: ««Преступление дочери народа Моего превысило грех Сдома, перевернутого в мгновение…»[60] Но если так, разве в Высшем суде возможна несправедливость? Сказал Раба от имени рабби Йоханана: одним свойством Иерусалим превосходил Сдом, о котором сказано: «Вот в чем заключалось беззаконие сестры твоей Сдом: гордыня, пресыщение хлебом и покой были свойственны ей и дочерям ее, а руки бедного и нищего она не поддерживала»[61]. А о Иерусалиме сказано: «Руки милосердных женщин варили детей своих; были те пищей для них во время гибели дочери народа Моего»[62]»[63]. Однако именно милосердие послужило народу Израиля искуплением, благодаря чему Иерусалим не был уничтожен, как Сдом.

Пророк Ирмеягу оплакивает разрушение Храма: «Преступление дочери народа Моего превысило грех Сдома…»[64] – евреи грешили больше, чем жители Сдома, от которых не осталось никакой памяти. Благодаря чему же сыны Израиля удостоились жизни на земле, получили весь сокрытый в мире свет и сами стали светом для всего мира? – «И избавленные Г-сподом возвратятся, и придут в Цийон с радостью, и вечное ликование на их головах, веселье и радость они обретут, и отступят печаль и стенание!»[65] Благодаря единственному свойству – милосердию к ближнему, в силах которого спасти от разрушения, постигшего Сдом и Амору, – избавить от гибели навек.

Какой же вред наносит малейшая невнимательность даже в тех добрых делах, которыми славился Ноах! И как ярок свет даже его единственной искры!

18. Милосердие Израиля[66]

«Сказал рав Натан бар Аба от имени Рава: богачи Вавилона спускаются в Геином. Об этом рассказывают следующую историю. Шабтай бар Меринос прибыл в Вавилон. Он попросил товаров в кредит, чтобы начать торговлю, но ему отказали. И пищи для пропитания ему тоже не дали. Он сказал: эти люди – из «многочисленного смешения иноплеменников», примкнувших к евреям при Исходе из Египта, ибо сказано: «Он даровал тебе милосердие и помиловал тебя...» (Дварим 13:18). Всякий, кто проявляет милосердие к другим, несомненно, из потомков нашего праотца Авраама; всякий же, кто не жалостлив к другим, несомненно, не принадлежит к его потомству» (Бейца 32б).

Было бы ошибкой думать, что милосердие – это наша обязанность, подобная всем другим заповедям Торы.

Мы признаем, что милосердие – это первичная основа, и если бы человек не получил эту заповедь, он был бы обязан собственным разумом прийти к тому, что его предназначение в мире – творить добро. Кроме того, нам дарованы 613 принципов мудрости – Тора, суть которой – милосердие. Но даже осознавая все это, мы можем не исполнить эту обязанность во всем ее многообразии. И тем не менее, среди потомков Авраама милосердие занимает особое место, проникая в самые глубины еврейской души.

Так сказал пророк: «И кто подобен народу Твоему, Израилю, народу единственному на земле?»[67] – и все народы перед ним – ничто. Дистанция между «небытием» и «существованием» бесконечна. И какова же граница, разделяющая между ними и святым народом? – Качество милосердия. Сыновьям Израиля свойственно творить милосердие, и всякий, кто не относится с жалостью к людям, заведомо не является потомком нашего праотца Авраама. Об этом однозначно говорит Закон: «Каждого, в ком есть наглость или жестокость, кто ненавидит людей и не оделяет их добром, следует подозревать в происхождении из народа гивоним. Ибо признаки Израиля – святого народа: смиренные, милосердные, делающие добро; а о гивоним сказано: «…а гивоним – не из сыновей Израиля они…»[68]»[69].

Все еврейские семьи являются кашерными, из каждой без малейших опасений можно брать жену, но если человек не совершает добрых дел, в нем явно прослеживаются некие признаки гивоним, и к нему следует относиться с подозрением. Еврей, даже самый заурядный и невежественный, совершает добро, поскольку он – потомок нашего праотца Авраама, и качество милосердия – его врожденное свойство, духовное наследие его народа...

Наш праотец Авраам поднимался в своем милосердии ступень за ступенью; это качество стало обретением его души, как сказано: «Милосердие – Аврааму»[70]. Милосердие свойственно Аврааму, оно является его отличительным признаком, и он навечно передал его своим потомкам на все поколения. И каждый, кто принадлежит к народу Авраама, творит милосердие и не может отказаться от своего духовного наследия, ибо оно – основа еврейской души. Не бывает еврея без любви к милосердию и естественной склонности души делать людям добро. А человека, который считается евреем, но при этом немилосерден и безжалостен, следует подозревать в происхождении из гивоним, а не из народа нашего праотца, творящего милосердие исходя из естественной потребности души. Те же из потомков Авраама, кто не занимаются делами милосердия, ведут борьбу против своей природы и сущности, все равно не могут искоренить из своих сердец этого качества, глубоко сокрытого в их душах. Но даже если он сам следует против своей природы и не оказывает другим добра, возможно, это будут делать его сыновья или внуки.

Такое воззрение на милосердие возносит еврея на принципиально иной уровень. Это уже не обязанность сына Израиля совершать добрые дела – он милосерден по своей сути. Стремление к этому – исключительное качество еврейской души, и если сам человек не искривит своего сердца, он будет делать добро благодаря вечному наследию, полученному от своих отцов и дедов вплоть до нашего праотца Авраама, удостоившего своих потомков истинной мудрости.

Повествует Талмуд в начале трактата Рош Ашана: «Если человек говорит: эта монета – на милостыню, дабы жили мои сыновья, – это праведный поступок, если он из народа Израиля, а если из числа идолопоклонников, то его поступок не расценивается как милосердие. Первое Нисана – новый год для царей. Сказал рав Хисда: это относится только к еврейским царям, а годы правления нееврейских царей отсчитываются от месяца Тишрей. Однако Кореш (Кир) был нееврейским царем, а годы его правления исчислялись от месяца Нисан. Рабби Авау отвечает: Кореш был праведным царем, поэтому годы его царствования учитывались так же, как у еврейских царей. Но мы находим, что время его правления отсчитывалось также и от месяца Тишрей. Рабби Ицхак отвечает: до того как он стал злодеем, его годы исчислялись от месяца Нисан, а после – от месяца Тишрей. Но разве он стал злодеем? Ведь он направил в Иерусалим послание, гласившее: «И все, что нужно евреям, – и быков, и козлов, и овец для жертвоприношения Небесному Б-гу, а также муку, соль, вино и масло – как скажут коэны в Иерусалиме, так и следует выдавать им каждый день, без упущений!»[71]». Рабби Ицхак отвечает: именно из этого послания и следует, что он стал злодеем. Ведь в нем еще говорится: «Дабы они приносили жертвы, угодные Небесному Б-гу, и молились о благополучии царя и его детей!»[72] Но разве это плохо? – Ведь сказано в Барайте: если человек изрекает: я жертвую эти деньги, дабы жили мои сыновья или чтобы обрести удел в Грядущем мире, он является полным праведником. Рассуждение рабби Ицхака истинно для неевреев, а Барайта касается еврейского народа»[73]. Раши объясняет: «Барайта говорит о евреях, сердца которых преданы Всевышнему; и если в этом мире еврею с Небес посылают несчастья, он не восстанет против Б-га, понимая, что это – наказание за его грехи. Нееврей же, если в ответ на его доброе дело Всевышний не пошлет ему блага, восстанет против Небес»[74].

Недостаток Кореша заключался в том, что он примешал к своему поступку эгоистическое намерение, нанеся тем самым ущерб своему щедрому приношению, которое оказалось не во имя Небес. Он хотел, чтобы о нем молились в Храме, что само по себе – высокая ступень. Царь Шломо просил Б-га: «Ты услышь с Небес, с места обитания Твоего, и сделай все, о чем будет взывать к Тебе чужеземец, дабы знали все народы земли имя Твое и трепетали перед Тобой, как народ Твой, Израиль, и дабы знали, что именем Твоим называется Дом этот, который я воздвиг»[75].

На первый взгляд поступок Кореша не содержал в себе греха: он лишь хотел, чтобы о нем молились в таком месте, где молитва будет услышана и принята. Но поскольку в тот момент он думал исключительно о своей выгоде, а не о славе Небес, – он злодей… Если нееврей говорит: «Я делаю это ради чего-то» – для него это непременное условие, и если его надежда не оправдается, то он раскается в том, что дал милостыню и совершил хороший поступок. Об этом сказано: «Праведность возвышает народ, а милосердие народов – грех»[76]. А если еврей дал милостыню и сказал: «…дабы жили мои сыновья» или «…чтобы я получил удел в Грядущем мире» – это поступок полного праведника. Мы не подозреваем его в том, что он действовал не во имя заповеди милосердия: «Он исполнил заповедь Творца, Который повелел ему давать милостыню, а заодно имел в виду и собственную пользу: чтобы удостоиться удела в Грядущем мире или чтобы жили его сыновья»[77]. Поскольку он не сожалеет о своем деянии, даже если его условие не исполнилось, его поступок – совершенное милосердие без всякого изъяна, свободное от посторонних намерений. Он творит добро из внутренних побуждений, проистекающих из основы его души. Мы не считаем, что он совершил свой поступок исключительно ради другой цели, он все равно праведник, поскольку его сущность – стремление к чистому и совершенному милосердию.

И когда нам становится ясно, что любовь к милосердию у сына Израиля – это природное свойство, унаследованное им от предыдущих поколений, его работа над собой состоит не в том, чтобы создать новую склонность в своей душе, как приходится делать пришельцам. Он всего лишь должен воплотить в жизнь это свойственное ему уникальное качество!

 

[1] Это выступление Сабы из Слободки издали рав Айзик Шер, благословенной памяти, и рав Авраам Гродзенский, да отомстит Всевышний за его кровь, в «Ор Ацефен».

[2] Мидраш Рабба, Коэлет, гл. 6.

[3] Берешит 12:5.

[4] Это выступление Сабы из Слободки издали рав Айзик Шер, благословенной памяти, и рав Авраам Гродзенский, да отомстит Всевышний за его кровь, в «Ор Ацефен».

[5] Теилим 33:5.

[6] Бава Меция 86б.

[7] См. Раши, Берешит 15:2.

[8] Берешит 18:8.

[9] Тана Девей Элиягу.

[10] Берешит 1:31.

[11] Берешит 22:2.

[12] Берешит 21:12.

[13] Берешит 22:12.

[14] Теилим 89:3.

[15] Мишлей 3:19.

[16] Теилим 111:10.

[17] Берешит 13:13.

[18] Йехезкель 16:49.

[19] Берешит 13:13.

[20] Мидраш Рабба, Берешит, гл. Вайера.

[21] Берешит 22:12.

[22] Берешит 18:5.

[23] Шмот 16:4.

[24] Теилим 78:25.

[25] Берешит 18:4.

[26] Берешит 18:8.

[27] Шмот 13:21.

[28] Мидраш Рабба, Берешит, гл. Бешалах.

[29] Дварим 32:10.

[30] Берешит 18:4.

[31] Бемидбар 21:17-18.

[32] Дварим 11:11-12.

[33] Зехарья 14:8.

[34] Берешит 13:13.

[35] Йехезкель 9:9.

[36] Эйха 4:6.

[37] Йешаягу 1:9.

[38] Тана Девей Элиягу Рабба, гл. 25.

[39] Это выступление Сабы из Слободки издали рав Айзик Шер, благословенной памяти, и рав Авраам Гродзенский, да отомстит Всевышний за его кровь, в «Ор Ацефен».

[40] Теилим 89:3.

[41] Берешит 2:7.

[42] Дварим 28:9.

[43] Иерусалимский Талмуд, Пеа 3а.

[44] Трактат Кала, гл. 3.

[45] Теилим 135:4.

[46] Берешит 18:2.

[47] Там же.

[48] Это выступление Сабы из Слободки издали рав Айзик Шер, благословенной памяти, и рав Авраам Гродзенский, да отомстит Всевышний за его кровь, в «Ор Ацефен».

[49] Теилим 89:3.

[50] Теилим 19:6.

[51] Молитва «Шмоне Эсре».

[52] Теилим 115:16.

[53] Теилим 33:5.

[54] Сангедрин 38а.

[55] Берешит 7:23.

[56] Мишлей 11:31.

[57] Мидраш Рабба, Берешит, гл. Ноах.

[58] Сангедрин 108б.

[59] Мишлей 11:31.

[60] Эйха 4:6.

[61] Йехезкель 16:49.

[62] Эйха 4:10.

[63] Сангедрин 104б.

[64] Эйха 4:6.

[65] Йешаягу 35:10.

[66] Это выступление Сабы из Слободки издали рав Айзик Шер, благословенной памяти, и рав Авраам Гродзенский, да отомстит Всевышний за его кровь, в «Ор Ацефен».

[67] Шмуэль (II) 7:23.

[68] Шмуэль (II) 21:2.

[69] Рамбам, Мишна Тора, «Запрещенные связи» 19:17.

[70] Миха 7:20.

[71] Эзра 6:9.

[72] Эзра 6:10.

[73] Рош Ашана 2а.

[74] Раши, там же.

[75] Цари (I) 8:43.

[76] Мишлей 14:34.

[77] Раши, Псахим 8б.