Ноябрь 2019 / Хешван 5780

Уроки 10-11

10 Порочность любви к себе

Я был очень рад, узнав, что вы с вниманием относитесь к изучению Мусара и искренне стремитесь услышать каждое новое слово утонченной мудрости. И вот, я поделюсь с вами некоторыми своими открытиями.

Сказали наши мудрецы: «Сначала укрась себя и затем украшай других…»[1] Однажды я услышал от одного возвышенного человека – большого мудреца Мусара – такие слова: «Пока человек не украсит себя, он не вправе украшать других». И вот, осознавая всю ничтожность своих знаний и поступков, – ибо таково начало каждого человека, – я, благодарение Б-гу, всегда избегал возлагать на себя непосильную ношу заботы обо всей Общине Израиля. Я постоянно повторяю: «Когда исправлю себя – тогда смогу позволить себе исправлять других». Но наш великий учитель (рав Исраэль Салантер) много времени посвятил разъяснению мне этой важной темы, что позволило мне осознать насколько в наше время необходимо приближать людей к изучению Торы в духе Мусара[2]. Однако я посчитал, что пока еще не готов и не способен возложить на себя заботу о многочисленном народе. Один великий мудрец Мишны часто постился, чтобы избежать необходимости принять на себя груз чужих проблем, о чем сказано: «Возложите на них потребности Общины, и они пропадут (под гнетом этой ноши)»[3]. Но однажды на меня произвело большое впечатление высказывание одного мудреца о том, что нельзя откладывать помощь людям в их нуждах на период своей старости, когда уже не будет сил посвящать себя чаяниям многих. И я благодарю Всевышнего за то, что, несмотря на мои многочисленные недостатки, начало моей деятельности было успешным. Когда я стал заниматься делами Общины, то, осознавая свою малозначимость, всеми силами старался преодолеть любовь к себе и стремился исключительно к раскрытию истины перед людьми, без каких-либо ожиданий, которых я не заслуживаю из-за своей заурядности. Мне хорошо известно, насколько себялюбие человека, проявляющееся в жажде наживы и в стремлении к славе, искажает истину в его глазах и несет гибель ему самому и другим. Ведь невозможно избежать лицемерия и проявления множества других порочных качеств, отклоняющих человека от путей истины к бесчисленным и витиеватым тропам лжи. Я всегда настолько сторонился этого, что когда из-за множества наших грехов закрылся величественный Дом Учения в Гробине, то, с одной стороны, я был глубоко опечален этой утратой, – ведь он приносил большую пользу многим, но, с другой стороны, испытал облегчение, так как надо мной больше не довлели заботы о потребностях многочисленной общины.

До сего дня я далек от того, чтобы приумножать количество, но стремлюсь исключительно к качеству, что противоположно желаниям многих других. И, слава Б-гу, подтверждение своему воззрению я нашел в наших священных книгах: «Немного чистого – это многое»[4]. Поэтому я не стремлюсь сближаться с людьми, если не вижу в них желания разделить ношу с ближним. Причем даже если оно и присутствует, но является для человека средством обретения имущества или славы, то видится мне пороком, а не достоинством. Но когда я встречаю праведных людей, вся жизнь которых – во имя Небес, то, по своей природе, становлюсь предан им всей душой, стараюсь с любовью исполнить их волю и оказать им добро в материальном и в духовном. И хотя мне тяжело писать, я уповаю на помощь Б-га, ибо именно для таких людей я создан. Они смогут внять моему совету, и я готов посвятить им всего себя. Они последуют за моим словом как в делах этого мира, так и в служении Небесам. И, встречая таких людей, я забываю ради них обо всех своих нуждах.

Однако я ничем не могу помочь тем, в чьей праведности не уверен, ведь даже в условиях тяжелых испытаний их поступки могут преследовать исключительно личную выгоду. Чем им поможет совет мудреца, которого они к тому же совсем не ищут, и, как мне кажется, не следуют даже своему собственному разумению? Разве они имеют право растрачивать на себя время других людей? Отсюда мы видим, что главное в духовной работе – искоренить идола из сердца, о чем сказано: «Да не будет в тебе идола чуждого; и не поклонись божеству чужому»[5]. Любовь человека к самому себе и есть чуждый идол, которому тот беспрестанно поклоняется. Но если он искоренит этот недостаток из своего сердца, то устремится к истине, являющейся печатью Всевышнего, благословен Он. Именно поэтому данное рассуждение заслуживает названия: «Порочность любви к себе»!

Сказали мудрецы Мишны: «Каков прямой путь, который следует избрать человеку? – Тот, что придает великолепие следующему по нему и воздает ему уважением людей…»[6] Рабби Йеуда Ахасид объясняет это так: «Все время необходимо задумываться над тем, какой совет дали бы тебе люди, если бы ты его у них попросил. А любовь к себе, взлелеянная желаниями и страстями, отклоняет человека от пути, который Мишна называет прямым».

Все, о чем я говорил, преследует лишь одну цель – объяснить, что не следует ожидать от меня письменных рассуждений об Учении Мусар, ибо я, соответственно своему уровню, не способен на это. На меня возложен долг наставлять других, но сначала мне бы исправить свои собственные недостатки, столь многочисленные из-за обилия моих грехов! Это особенно касается нескольких последних лет, когда мои грехи ослабили мое понимание Торы и вознесенность молитвы, так что даже своим любимым братьям я почти не пишу, лишь совсем изредка. И только детям, следующим моим советам я отправляю свои послания, поскольку не могу считать себя свободным от обязанностей по отношению к ним, ведь на каждого возложена забота о своей семье. Да поддержит меня Одаряющий милостью и да приблизит меня к служению Ему, благословенному, среди Общины Израиля. Это признание – законченное рассуждение для наделенного пониманием, содержащее новые практические наставления, достаточные, чтобы изменить всю природу человека. Из этого мы можем понять, почему способность «разделить с другими их ношу» названа одной из ступеней обретения Торы[7]. Ведь Б-жественное Учение, о котором сказано: «Истину приобрети и не продай, мудрость и Мусар, и понимание»[8] можно сохранить только стремлением к истине, а любовь к себе – предельное проявление лжи. Поэтому мы должны быть очень внимательны в том, чтобы не упустить ни одной возможности разделить с другими их ношу, соответственно нашему разъяснению сути этой обязанности. Это постепенно отдалит нас от любви к себе – крайнего проявления лжи, – и мы приблизимся к истине и удостоимся обретения Торы.

Вот несколько ясных выводов, сделанных одним учеником Дома Учения в Кельме из возвышенного рассуждения учителя «Порочность любви к себе». 

Мы узнали следующее:

1) Подход мудрости и Мусара – истинного пути Торы – состоит в том, чтобы вначале избежать греха – исполнить требование «отдались от зла»[9] и лишь затем устремиться к заповеди: «твори добро»[10]. И хотя повеление «твори добро» очень значимо, все же в первую очередь необходимо избежать преткновения, исполнив требование «отдались от зла». И пока люди не очистятся от скверны дурного побуждения, им не следует полностью сосредотачиваться на заповеди «твори добро». Ведь кто может знать, является ли вообще его стремление добром, и если да, то в какой мере и при каких условиях? Это удивительно точно подтверждают слова Абайи в Талмуде: «Благо тому, кто не видел (своих родителей и не нарушил заповеди их почитания, хотя и не удостоился ее исполнить)»[11]. Данные слова заключают в себе важнейший и удивительный принцип[12].

2) В наше время особенно важно приближать евреев к Учению Мусар. Во всех проявлениях духа и тела успех сопутствует лишь тому, кто неукоснительно следует советам и обычаям мудрецов. Однако это могут понять только достойные люди с чистым сердцем. И если таковые встретились на нашем пути, стоит посвятить много времени тому, чтобы оказать им милость и исполнить их желание для блага их душ и тел. Также, насколько это возможно, следует проявлять уважение к людям и уповать на помощь Б-га, ибо эта заслуга столь велика, что благодаря ей укрепляется и физическое здоровье.

3) Из практического совета известного мудреца следует, что не стоит откладывать заботу о нуждах Общины на конец жизни, ведь если раньше начнешь – достигнешь большего.

4) Нельзя откладывать занятия потребностями других людей. Однако для этого требуется исполнение многочисленных условий. Только если человек удовлетворяет всем критериям и следует им с исключительной точностью, он может решиться «взойти на высокую гору». А прежде, пока эти условия не выполнены, он подвергает себя неминуемой опасности падения, от которого, упаси Б-г, уже не сможет оправиться. И это пробуждает страх и трепет.

5) Для того, чтобы начать заниматься делами Общины, нужны, прежде всего, возможности и подготовка. Возможности – это значит, что человек, согласно своему положению, уже обрел все самое необходимое. Как и во всяком другом деле, если он обеспечил себя, то сможет заниматься и потребностями других, и при этом его личные дела не пострадают. А подготовка – это развитие способностей, необходимых для помощи Общине, – разнообразные способы, противоположные друг другу силы и обширные и глубокие знания, при условии, что этому предшествует утонченный трепет перед Творцом, направляющий человека на действия во имя Небес.

6) Не только не подобает, но и запрещено Законом украшать других до того как украсишь себя.

7) Желающий обрести мудрость и духовное величие видит сколь огромная работа на него возложена и избегает участия в делах Общины. Об этом сказано в Писании: «Если будешь искать ее (мудрость), как серебро, и разыскивать, как клад, то постигнешь страх пред Г-сподом и обретешь знание о Б-ге»[13]. Способен ли человек оставить заботы об исправлении и совершенствовании самого себя, все многочисленные обязанности и пожертвовать собой ради других? Это возможно лишь в случае крайней потребности, после того как будут исполнены все необходимые условия (пункт 5) его возможностей и подготовки.

8) Вовлеченность в занятие потребностями Общины столь опасна даже для самого великого человека, что мудрые люди не только избегают ее, но молятся и изнуряют себя многочисленными постами, чтобы с Небес смилостивились над ними и уберегли их от подобных испытаний. Причина этого кроется в страхе, присущем даже величайшим праведникам, подобным небесным ангелам, таким как мудрецы Талмуда. И более того, даже пророки поколения Моше рабейну опасались быть вовлеченными в дела других людей, как сказано: «Возложите на них потребности Общины, и они пропадут (под гнетом этой ноши)»[14]. И это ввергает в трепет!

9) Первое и главное правило для занимающегося потребностями Общины – научиться как можно больше смирять любовь к себе и все свои усилия посвящать только упрочению и распространению истины без малейшего намерения извлечь выгоду для себя лично.

10) Именно любовь к себе, упаси Б-г, – врата к самому бесславному и страшному падению. И неважно, в чем она будет проявляться: в стремлении к славе, к материальным благам или к чему-либо другому. В любом из этих случаев невозможно избежать ловушки лести, а также искажения истины и ее склонения на один из множества витиеватых путей лжи. Такой человек в результате не только попадает в беду сам, но причиняет вред Общине и несет несчастье многим людям.

11) Это падение происходит следующим образом: любовью к себе и к приниженным удовольствиям человек вначале извращает истину, а затем падает в бездонную пропасть сам и подталкивает к ее краю других, и это ужасно!

12) Для того, чтобы преодолеть любовь к себе, недостаточно какое-то время поучиться и добиться в этом определенных результатов, а затем в полном покое души полагаться на свои прежние достижения. Необходимо все время, пока ты связан с Общиной, беспрестанно работать над собой – и таков путь мудреца. Поэтому, если по воле Небес их ноша заботы о людях становится легче, то, с одной стороны, они сожалеют о том, что больше не могут приносить пользу многим людям, но, с другой стороны, испытывают облегчение, ибо освобождаются от большой ответственности и постоянной необходимости предельно отдаляться от любви к себе.

13) Путь мудрецов, занимающихся делами Общины, состоит в том, чтобы, в противоположность обычаям мира, количеству предпочесть качество, ибо «немного чистого – это многое»[15].

14) Любовь к себе – это порочное поклонение идолам, проникающее в сердце, о чем предостерегает Тора: «Да не будет в тебе идола чуждого; и не поклонись божеству чужому»[16]. Все твои силы должны быть направлены на искоренение из души этого недостатка. К этому нужно относиться не так, как принято в мире, где «эгоизм» не считается существенным недостатком, а гордыня и самолюбие даже считаются достоинствами среди глупцов.

15) Степень приближения человека к истине напрямую зависит от его отдаления от любви к себе, и это на удивление точная мера.

16) Человек, занимающийся делами Общины, проверяется тем, насколько он разделяет с другими их ношу и в какой степени желает им успеха даже в тех случаях, когда оказывается задетым его самолюбие и ему приходится переступить через себя, подавляя обиду. Страдание – это испытание, посланное человеку для выяснения степени его стремления к истине.

17) Мы узнали то, чего не удостоились услышать до сих пор. И это удивительное открытие, вызывающее восхищение. Настоящая мудрость проявляется, когда в каждом вопросе мы сверяем свои поступки с советами наших великих учителей, и так постигаем истину. Ясное мышление призывает полагаться на мудреца и следовать его мнению. А спонтанное желание – это стремление делать все, чего только ни захочет сердце. Человек, подчиненный своим страстям, не станет спрашивать совета, а значит не приблизится к совершенству, в отличие от мудрого, который всегда поступает в соответствии с истиной, не отклоняясь от нее ни вправо, ни влево. Получается, что готовность прислушиваться к советам – это признак наличия разума и стремления строить свою жизнь на мудрости, а потому, постигая пути учителя, в конце концов человек и сам придет к мудрости[17]. Но тот, кто не ищет советов и не внемлет им, живет исключительно своими желаниями, суть которых – неготовность спросить совет не только у других, но и у самого себя. Нечестивец следует принципу: «Существенно только то, чего мне хочется в данный момент». Ему не помогут никакие советы, проясняющие его обязанности и определяющие пути, ведущие к совершенству, если они противоречат его желаниям. Получается, что если человек не властвует над своими духом и телом, не принимает на себя обязанности действовать согласно совету мудрецов, желающих ему добра и знающих как этого добиться, – это признак того, что он подчинен только собственным желаниям. Он – прямая противоположность тому, кто полагается на разум, и, упаси Б-г, следует исключительно по ложной стезе себялюбия, ведущей его к гибели. Это очень настораживает и пугает. Вот глубочайшие слова мудреца Мишны: «Каков прямой путь, который следует избрать человеку? Тот, что придает великолепие следующему по нему и одаривает его уважением людей…»[18], в соответствии с определением, сформулированным нашими мудрецами: «Чисты и прямы его деяния»[19]. «Чистый» – значит освобожденный от страстей и желаний, а «прямой» – ведущий к заповедованной цели. Рабби Йеуда Ахасид, благословенной памяти, раскрывает прямой путь человека, ищущего цельности: «Пусть он представит себе, что бы ему сказал мудрец, если бы он спросил его совета…» Но если человек, упаси Б-г, не стремится к совершенству, и его желание – лишь потворствовать собственным прихотям по принципу: «существенно только то, чего мне хочется», он не станет искать совета. Как глубоки и правдивы эти слова! И это удивительно!

18) Мы узнали нечто новое и важное: Тора – источник совершенной истины, и в ней бесчисленные врата и пути, ведущие к совершенству. Самолюбие – это абсолютная ложь, которая возводит на этих путях стену и запирает на засовы все врата, чтобы человек никогда не узрел яркого света истины. Ведь постичь Тору и войти в ее двери можно, только стремясь к цельности! Поэтому человек, охваченный любовью к себе, упаси Б-г, безнадежно далек от входа во врата Торы. И наши мудрецы – врачеватели душ – посоветовали нам как можно больше разделять с другими их ношу, ибо это приводит к освобождению от любви к себе. И, поступая так, человек ослабит себялюбие, а то и вовсе от него избавится, приблизится к истине и войдет во врата Торы. Поэтому способность разделить с другими их ношу приводится нашими мудрецами как важнейшая ступень обретения Торы. И насколько это возвышенно и трепетно!

11 Отдались от зла и твори добро (I)

«Отдались от зла и твори добро, ищи мира и стремись к нему»[20].

На исходе святого шаббата главы Мишпатим я обещал записать кое-что из возникших тогда мыслей, однако их невозможно изложить письменно, разве что совсем вкратце. Сказано в Торе: «И вот законы, которые ты поместишь перед ними»[21]. Так это повеление разъясняет Раши: «Сказал Всевышний, благословен Он, Моше: не подумай: «Я повторю им каждую главу и закон по два или три раза, пока услышанное для них полностью не прояснится, но не буду утруждать себя разъяснением смысла и основания всех законов». Поэтому сказано: «И вот законы, которые ты поместишь перед ними»[22], – подобно накрытому столу, где все готово для трапезы»[23].

Мы показали суть различия между буквальным смыслом законов и их основаниями на примере сказанного в конце главы Итро: «И когда будешь делать Мне жертвенник из камней, не клади их тесаными, чтобы свой меч ты не занес на него и не осквернил бы его»[24]. И говорит Рамбан: «Здесь указывается на запрет прикасаться к камням жертвенника железом, как сказано: «Из цельных камней построй жертвенник Г-споду, Б-гу твоему…»[25], «И построй там жертвенник Г-споду, Б-гу твоему, жертвенник из камней, и не заноси над ними железа»[26]»[27]. Я полагаю, что основание этой заповеди в том, что из железа изготавливается меч – «חרב», приносящий бедствие миру, что на Святом языке имеет значение «חורבן» – «разрушение». И вот, ненавидимый Б-гом Эсав получил в наследство меч, и как ему предрек Ицхак: «И мечом своим ты будешь жить…»[28]

Это мы имеем в виду, говоря, что «жить своим мечом» – означает разрушать, уничтожать и опустошать. И именно такова основа существования нечестивого Эсава. Червь, называемый «пиявка», охотно высасывает отравленную и зараженную кровь и вместе с ней различные телесные болезни, ибо ему приятен их вкус, однако в результате это его самого приводит к смерти. Данную идею подробно разъясняет рабби Хаим Виталь в книге «Шаарей Кдуша»: «Когда святость оставляет человека, им овладевает дух нечистоты… И оказывается, что он питается нечистой и отвратительной пищей»[29], – и внимательно изучи первоисточник. В точности такова же природа сладости греха. В этом и состоит смысл слов Торы «мечом своим (то есть разрушением и опустошением) ты будешь жить»[30]. Таковой и является жизнь нечестивого Эсава до тех пор, пока, наконец, она не «отравит» его и он не погибнет, поскольку такая жизнь для человека – смертельный яд. Об этом же сказано в книге «Томер Двора», что «козла отпущения» посылают ангелу Эсава, поскольку грехи поддерживают его жизнь до тех пор, пока, в конце концов, не отравят его, и он не погибнет. Насколько же важно каждому человеку отказаться от нечистого и отвратительного хлеба, дабы тот не погубил его, что подробно разъясняется в книге «Шаарей Кдуша». Поэтому злодеи еще при жизни называются «мертвыми»[31]. Из этого мы учим, что непременно необходимо питаться только святым: чистым и незагрязненным хлебом, выращенным в месте святости, – и обо всем этом мы уже писали. Теперь же вернемся к комментарию Рамбана. Меч обладает силой на Небесах и на земле, ибо связан с планетой Марс и соответствующими созвездиями; успех ему несут кровь и разрушение, и именно в них проявляется его сила. Поэтому да не будет он внесен в Дом Б-га… По этой причине в Мишкане не использовали железо, и в Вечном Храме Б-га тоже не было никаких железных принадлежностей кроме ножей для зарезания жертвенных животных, поскольку это действие не является частью служения, ведь его может осуществить каждый еврей, даже если он не коэн. И вот, царь Шломо добавил к этому запрету требование, чтобы во время строительства Храма в Иерусалиме не раздавалось даже скрежета железных инструментов»; и следует внимательно изучить первоисточники.

Всевышний запретил в Своем Доме использование всякого железа даже для того, чтобы только лишь вырубить из скалы и обтесать камень для жертвенника – ведь железо несет разрушение. И мы должны разобраться, в чем заключается грех железа, ведь оно не более чем «глина в руке гончара»[32], который может иметь намерение изготовить из него орудие убийства и уничтожения, но может воспользоваться им и для других целей. Само же железо, несомненно, по воле Б-га, было сотворено для пользы человеку и укрепления мира на земле, как известно из истории с камнями, произошедшей с нашим праотцом Яаковом[33]. Поэтому очевидно, что Всевышний пожелал раскрыть нам, насколько Ему отвратителен сущностный недостаток. Ведь по своей природе человеку свойственны ненависть, зависть и гнев, так что наши мудрецы, благословенной памяти, заботясь о поддержании мироздания, повелели нам молиться о процветании государства: «Молись о благополучии царства – ведь если бы не страх перед ним, люди бы живьем поедали друг друга»[34]. Природа человека порочна, и все его стремление – со злобой, завистью и предвзятостью судить о других людях, и, не будь у них страха перед государством, множество людей, упаси Б-г, пало бы убитыми в каждом городе и мир был бы уничтожен. Всевышний, благословен Он, пожелал ясно показать, что Ему отвратительны не только убийство и разрушение, даже совершенные непреднамеренно, но и орудие их совершения. И хотя железо как таковое не является причиной зла, тем не менее Всевышний захотел продемонстрировать человеку, насколько Ему ненавистно все, даже косвенно причастное к разрушению.

И теперь я обращаюсь к вам, мои братья и друзья! Послушайте меня и пробудитесь с новыми силами, чтобы эти вызывающие трепет слова, упаси Б-г, не оказались неуслышанными вами! Посмотрите: даже неодушевленная материя – железо, лишенное разума и понимания, подобное «глине в руке гончара», настолько отдалено от святости, что даже запрещено для использования в целях обработки камней жертвенника, который является лишь местом приношения жертвы, – и только одно его прикосновение делает жертвенник непригодным для служения, как сказано в Торе: «чтобы свой меч ты не занес на него и не осквернил бы его»[35]. Тем более это относится к человеку, который обладает разумом, пониманием и свободой выбора, однако следует за помыслами своего злого сердца, в результате чего его одолевает растерянность и тревога и он утрачивает покой души – особый дар, которым Всевышний в Своей милости наделил его с Небес! И это – сущностный недостаток, приводящий к утрате всей Торы, основанной на одном лишь незамутненном разуме, согласно высказыванию наших мудрецов: «Тот, кто задумывается о своих путях, удостаивается увидеть ниспосланное Б-гом спасение»[36].

Мы уже говорили, что речь идет об оценке «раввинским судом», состоящем из троих судей: разума, сердца и тела. Мы несколько раз объясняли, что соблюдение Торы – это благо в том числе и для тела, и поэтому Тора не запретила того, что тело не в силах вынести, и позволило ему быть среди троих судей. Растерянность и тревога отнимают у разума спокойствие духа, что, упаси Б-г, отдаляет еврея от всей Торы, согласно словам наших мудрецов: «Если ты этого не приобрел, то что же ты приобрел?»[37] И тогда люди, упаси Б-г, утрачивают связь с Всевышним, благословен Он, и отдаляются не только от Творца, но и от всего, что связано со святостью. А доказательство тому – железо. Оно уничтожает только тело, а порок поспешности, когда человек суетится и мчится, как закусившая удила лошадь, – уничтожает душу; и вводящий в грех поступает хуже, чем убийца. Поэтому он более опасный вредитель, чем железо, несущее смерть. То же самое относится к мерзости в глазах Всевышнего: высокомерию, зависти, страстям и стремлению к славе, а также, упаси Б-г, к лживости. Речь идет не только о явной лжи, но и об ошибке в оценке события или мнения, возникающей под влиянием дурных черт характера, когда человек не может отличить добро от зла, согласно стиху Писания: «Горе называющим зло добром, а добро – злом; считающим тьму светом, а свет – тьмой; полагающим горькое сладким, а сладкое – горьким»[38]. И об этом можно сказать еще многое.

И вот, ныне я счел необходимым раскрыть то, что храню в тайне уже почти тридцать лет. В Жагаре, где я когда-то жил, приехал наш учитель, благословенной памяти. Он провел там праздник Рош Ашана и собрал на эти дни особый миньян. Тогда он сказал мне нечто, что меня невероятно потрясло, и никто, кроме меня, никогда такого не слышал и ни в одной книге не читал. Но я осознавал, что никто их не поймет так глубоко, чтобы проникнуться ими столь же сильно, как я. Поэтому я решил ни с кем ими не делиться до тех пор, пока не найдется подходящий человек и не наступит благоприятный момент. Однажды мне показалось, что уже пришло время, и я рассказал об этом человеку, великому в Торе и знающему Мусар, но не следующему в нем по нашему пути, и увидел, что тот не воспринял сказанного мною. Ведь то, что не до конца понятно, не производит впечатления, а для обретения ясности в знании требуется полностью изменить свой путь, что сделать очень трудно. Поэтому сердце не устремится навстречу этим потрясающим словам. В свое время мы уже говорили об этом: «Три помехи лишают человека разума и заслоняют ему мудрость Создателя: служение идолам, злой дух и влияние бедности»[39]. Я же это понял, поскольку из-за множества моих грехов привык к тому, что мои поступки не соответствуют требованиям моей же мудрости, да поможет нам Всевышний с этого дня и далее! Но по причине, приведенной в предыдущем рассуждении, я решил раскрыть то, что хранил в тайниках своей души уже почти тридцать лет.

Если я не ошибаюсь, час, когда учитель заговорил со мной, пришелся на второй день праздника Рош Ашана. Тогда он в шутку спросил меня, не открылся ли мне уже пророк Элиягу, и я сразу же понял смысл его вопроса. В те дни, находясь в Жагаре, я много времени посвящал изучению Мусара и укреплению веры, добиваясь, чтобы она стала для меня Учением Б-га Живого. Вы знаете, – я много раз говорил об этом, – что падение человека происходит в первую очередь из-за того, что он помещает свою веру на «рога оленя», довольствуясь верой, которую воспринял в юности, когда был резвым, как олень, и постоянно куда-то мчался[40]. Но человек, начавший изучение Мусара, должен укреплять свою веру так, как будто никогда ничего о ней не слышал и только сегодня родился и обнаружил Тору и мир, полный разнообразных знаний. Отныне на него возложена обязанность самому отличать добро от зла, и тогда его вера, с Б-жьей помощью, приблизится к совершенству. Мы постоянно говорим о том, что даже известные и не нуждающиеся в доказательстве знания требуют глубоких размышлений. Тот же, кто не вдумывается в них, – не понимает их полностью, а всего лишь невнятно повторяет, принимая на веру.

Наш учитель знал, что я много занимался Мусаром, ведь я приехал в Жагаре по его просьбе основать там Дом Учения Мусара, что тогда воспринималось людьми как нечто новое и непривычное. И, может быть, он опасался, что я упаси Б-г, стану считать себя выдающемся наставником. Это и послужило причиной его ироничного вопроса о том, не явился ли мне уже пророк Элиягу. И тогда учитель сказал мне то, чего я до тех пор ни разу не слышал из его уст, и не уверен, слышал ли кто-либо другой. Мне кажется, что это были слова, которые нельзя произносить при большом стечении народа, ибо не все могут их воспринять и лишь немногие способны им последовать. Но поскольку он знал, что я постоянно изучаю Мусар и возглавляю Дом Учения, то, возможно, опасался, что моя радость от постижения глубочайших тайн Торы может незаметно перерасти в гордыню. Поэтому он сказал мне, что главное в Мусаре – это обретение возвышенных духовных качеств, а я знаю, что из-за множества моих грехов черты моего характера далеки от совершенства. И он поведал мне нечто такое, что могли изречь лишь уста великого человека.

Учитель сказал мне так: Тора находится не на Небесах, а ниспослана на землю – мудрецам каждого поколения. Они устанавливают даты праздников, определяют «отрезание души» и выносят смертные приговоры преступникам, все это происходит в соответствии с тем, как представляется верным суду на земле. И, согласно их решению, свое постановление выносит и небесный суд. А судья имеет право полагаться только на то, что видят его глаза и что ему представляется правильным[41]. Поэтому разве не очевидно, что вначале он обязан привести к совершенству свои духовные качества? Тогда ничто не отклонит его от правды, и он действительно сможет полагаться на то, что видят его глаза, ибо они будут обладать истинным видением. Совсем другое дело – если он не совершенствовал свойства своей души. И даже если вынесенное им решение единожды случайно оказалось верным, он, тем не менее, не достоин быть судьей, поскольку его знание не является Торой. Ведь Б-жественное Учение находится не на Небесах, как сказано: «Не на Небесах она, чтобы сказать, кто поднимется для нас на Небеса и возьмет ее нам, и даст нам услышать ее, дабы мы ее исполнили»[42]. Я останавливаюсь столь подробно на словах нашего учителя, поскольку он выразился настолько кратко, что если бы я не пояснил его мысль, пусть и несколько многословно, то смысл сказанного им мог бы остаться совершенно неясным. И я тоже обычно стараюсь быть лаконичным. Это имели в виду мудрецы Талмуда, сказав: ««Уста священника будут хранить знание, и Тору искать следует из уст его, ибо посланник Г-спода Воинств он»[43], а если человек не обладает этими качествами – то его знания – это не Тора»[44]. Подобный смысл содержит изречение мудрецов Талмуда: «Таково наказание лжецу: даже если он говорит правду, ему не верят»[45]. Это означает, что даже правда обманщика – это не истина, потому что все его знания – это не Тора. Да смилуется над нами Милосердный, чтобы мы удостоились удела в Его Учении и смогли воспитать в себе качества, необходимые для обретения Торы. И тогда наши знания станут истинными, и мы найдем в Торе свой удел.

Это поможет нам понять слова рабейну Йоны в книге «Шаарей Тшува»: «Ложный свидетель пропадет, а слышащий вечно говорить будет»[46]. Если это понимать буквально, то слово «вечно» остается неясным. Все прислушиваются к честному человеку, поскольку знают, что он взвешивает свои слова и всегда внимательно слушает, – означает ли это, что он будет говорить беспрестанно? Наш подход это хорошо разъясняет. Человек следит за своей речью, только если он подготовил себя и развил в себе качества, необходимые для обретения Торы. Это свидетельствует о том, что его знание – истинная Тора, и он будет вечно нести людям свет истинного Учения. Совсем другое дело – если он неосторожен и небрежен в своем понимании и речи. Его знания – это вовсе не Тора! Его постигнет такая же участь, как судьба лжеца из поговорки: «Даже если он говорит правду, ему не верят». И ему нечего будет сказать в Вечном мире, который весь истина. Там нет места лжи, и она не используется даже как средство, подобно железу, которым запрещено вытесывать камни для жертвенника, – ведь ложь намного хуже железа!

И вот, мне стало жаль железо, и я сказал: перепояшусь же милосердием ради него, поскольку оно настолько отдалено от святого служения из-за обитающих на земле злодеев, использующих его для убийства вопреки воле Б-га. Ведь в действительности железо подобно камням, которые спорили между собой за право стать изголовьем для нашего праотца Яакова: «На меня пусть возложит праведник свою голову…»[47], и железо тоже желает приобщиться к святости! Об этом хорошо сказал мой дорогой брат рав Арье, да воссияет его свет: «Запрет касаться камней жертвенника для железа почетен, потому что с его помощью миру был преподан важнейший урок». Мне понравились его слова, поскольку они выражают самую суть. Подобную идею раскрывает Тора: «Помни, что содеял Г-сподь, Б-г твой, Мирьям в пути при вашем Исходе из Египта»[48]. Первые комментаторы отметили, что в этом содержится предостережение против злоязычия. Но как же Тора могла сказать о Мирьям такие слова, которые сами являются суровым обвинением? Отсюда мы учим, что если нечто сказано для того, чтобы преподать урок, это не запрещено и не рассматривается как злоязычие. В таком случае подобные слова не только не позорят человека, к которому они относятся, но даже возвышают его. Так же и железо: отдаление от жертвенника – не зло для него, а благо! И мне понравилось это толкование, поскольку теперь нам не приходится удивляться деяниям Б-га, спрашивая: «Чем же согрешило железо?!»

И ныне, мои братья и друзья, давайте изыщем способы, чтобы не отдалиться от всего, что связано со святостью в мире вечности и безграничного блага. Ведь в Высшем мире нет ничего замутненного и отвратительного. А если человек, упаси Б-г, привыкнет к нечистоте в нижнем мире, куда же ему направить свои пути? Сказали наши мудрецы, что Всевышний отворачивается от него и все страдания Геинома незамедлительно обрушиваются на его голову, ибо некому его защитить. А если у него есть Тора и заповеди, они заступаются за него. Но если его знание, упаси Б-г, – это не Тора, то кто же его защитит?

Да поможет нам Милосердный, чтобы мы удостоились обрести свой удел в Его Учении!

 

[1] Бава Батра 60а.

[2] «Сколь важна заповедь направлять весь народ Израиля к изучению Мусара, дабы спасти души людей от преисподней! Об этом сказали мудрецы: «Каждый, проявляющий жалость к другим, заслуживает милосердие с Небес» (Шаббат 151б). И нет большей милости, чем побуждать людей к изучению мудрости трепета перед Б-гом. Тогда они увидят глазами, услышат ушами и ощутят своими сердцами, сколь пагубно преткновение на пути к Мусару, задумаются о конце своих дней, решат в раскаянии возвратиться к благословенному Б-гу, «отойти от зла и творить добро» (Теилим 34:15)». (Рав Исраэль Салантер, Свет Израиля, «Послание Мусара»).   

[3] Сангедрин 17а.

[4] Ховот Алевавот.

[5] Теилим 81:10.

[6] Авот 2:1.

[7] См. гл. 1 и 2 этой книги.

[8] Мишлей 23:23.

[9] Теилим 34:15.

[10] Там же.

[11] Кидушин 31б.

[12] См. гл. 21 этой книги.

[13] Мишлей 2:4-5.

[14] Сангедрин 17а.

[15] Ховот Алевавот.

[16] Теилим 81:10.

[17] См. Мишлей 12:15. «Путь глупого прям в его глазах, а внимающий совету – мудрец».

[18] Авот 2:1.

[19] Шаарей Тшува 1: 31.

[20] Теилим 34:15.

[21] Шмот 21:1.

[22] Там же.

[23] Раши, там же.

[24] Шмот 20:22.

[25] Дварим 27:6.

[26] Дварим 27:5.

[27] Рамбан, Шмот 20:21.

[28] Берешит 27:40.

[29] Шаарей Кдуша, гл. 1.

[30] Берешит 27:40.

[31] Брахот 18б.

[32] Молитва в Рош Ашана и Йом Кипур.

[33] См. гл. 58 этой книги.

[34] Авот 3:2.

[35] Шмот 20:22.

[36] Сота 5б.

[37] Недарим 41а.

[38] Йешаягу 5:20.

[39] Эрувин 41б.

[40] «Люди должны учиться жизни у оленя, как сказано в Писаниях: «Заклинаю вас ланями и полевыми газелями...» (Шир Аширим 2:7). – Благодаря своему инстинкту самосохранения олень, преследуемый охотниками, скрывается от них в чаще леса. Однако он понимает, что его быстрому бегу мешают ветви деревьев, в которых он рискует запутаться своими ветвистыми рогами. Поэтому в самом начале погони он ломает свои рога о дерево, сбрасывает их, а затем свободно и спокойно устремляется вперед, легко скрываясь от погони. Так и человек. Окружающий мир мешает ему продвигаться вперед, он запутывается в нем, движимый своими дурными чертами характера, которые ему надлежит сломить, чтобы не попасть в ловушку своего злейшего врага – дурного побуждения. Однако необходимо понять, что существует огромная разница между лесом оленя и человека. Лес, в котором скрывается олень, – настоящий, но в случае с человеком реального леса ведь в действительности нет, а возникает только иллюзорная чаща, созданная рогами его дурных качеств и препятствующая его движению по жизни...» (Саба из Новардока, Уровень человека, гл. «Исправление качеств»). 

[41] Сангедрин 6б.

[42] Дварим 30:12.

[43] Малахи 2:7.

[44] Хагига 15б.

[45] Сангедрин 89б.

[46] Мишлей 21:28. См. Шаарей Тшува 3:181.

[47] Хулин 91б.

[48] Дварим 24:9.