Июль 2019 / Тамуз 5779

Уроки 36-38

36 Радость трепета

«Счастлив человек, боящийся всегда, а ожесточающий сердце свое падет во зло»[1].

Я хочу рассказать вам о том, что привело меня в невероятное восхищение. Мидраш на главу Масъэй повествует о том, что награда за праведность и наказание за грех настолько велики, что их не может вместить нижний мир – и когда-то мы это подробно обсуждали. Я был этим столь сильно потрясен, что в воодушевлении воскликнул: «За такое не жалко отдать и половину состояния!» Начнем же с небольшого рассуждения, чтобы изложить то немногое, что в состоянии осознать даже такой заурядный человек, как я.

Зададимся вопросом: кому легче выстоять в испытании: человеку, который никогда в жизни не переносил ни малейшего страдания и боли, или тому, кто с детства и юности постоянно терпит горькие и тяжкие мучения? Ответ будет очевиден: более вынослив тот, кто привык к испытаниям! В этом смысл слов царя Давида: «Твой посох (наказание) и Твоя опора – они утешают меня»[2]. И он также сказал: «Счастлив человек, которого страданиям подвергает Г-сподь, и Торе Твоей Ты учишь его»[3].

И тогда возникает еще один вопрос: кто больше боится бедствия – тот, на кого оно обрушилось внезапно, или тот, кто заранее подготовился к нему? Ясно, что ужас перед неожиданным несчастьем охватывает человека, который никогда не задумывался о страдании, растопит его сердце, как воск, его дух будет сломлен, и свет померкнет в его глазах[4]. Другое дело, если постепенно готовить себя к этому, мысленно представлять наказание и «преклонить свое плечо, чтобы нести»[5].

И вот, известно, что праведники развивают в себе способность терпеть до самого предела своих возможностей. Достаточно и того, что сказали наши мудрецы: «Горе мне от моего Творца, горе мне от моего дурного побуждения»[6]! И, как известно: «Чем более велик человек, тем сильнее его дурное побуждение»[7]. Наши мудрецы сказали о праотце Аврааме: ««Мирра природная»[8] – когда человек прикасается к этому растению, на его руках остается горечь. Так и наш праотец Авраам постоянно испытывал горечь и страдания»[9], поскольку на протяжении всей своей жизни подвергался тяжелейшим испытаниям. Так сказано о наших праотцах: «Они бежал передо Мною, как кони среди топких болот»[10]. Вспомните наших праотцов и всех великих праведников: Авраам подвергался гонениям, Ицхак и Яаков были преследуемы на протяжении всей их жизни. Все пророки и праведники проходили через испытания, и страдание было их уделом: «Лишь против меня обращает Он руку Свою весь день»[11], – говорит пророк Ирмеягу. А о колене Иссахар сказано: «Иссахар – осел костистый, лежащий меж границ. И увидел он покой, что хорош, и землю, что приятна; и преклонил плечо свое, чтобы нести…»[12] И еще сказано: «Пусть человек, изучая Тору, всегда становится, как бык, тянущий ярмо, и как осел, несущий поклажу»[13]. Мы разъясняли, что праведники отдают служению больше сил, чем бык под ярмом, потому что бык выполняет только физическую работу, а праведники – и физическую, и духовную, используя все свои способности для глубокого размышления и никогда не останавливаясь ни на минуту. Но больше всего усилий они прилагают к исправлению своих отрицательных черт характера, и за малейший изъян сразу же несут наказание, превозмогают свои желания и преодолевают соблазны все дни своей жизни. Не описать словами сколь тяжело их служение! Оно совершенно несравнимо с работой «быка под ярмом». Нет ничего общего между тяготами праведников в своем служении и работой вола или осла хотя бы потому, что наши великие трудятся постоянно, не прерываясь ни на минуту, лишая себя отдыха и сна.

И вот еще одно соображение. Перед праведниками во всех поколениях всегда был разверзнут Геином, как сказано: «Пусть судья всегда представляет себе меч, занесенный над ним, и Геином, разверзнутый под ним»[14]. Но ведь каждый человек – судья для себя, поскольку он вынужден принимать решения по каждому вопросу своей жизни. И яркий пример этому – Моше рабейну, который принял для народа Израиля Тору, дарованную Всевышним на горе Синай: «Помните Тору Моше, раба Моего…»[15] Каждое мгновение он был погружен в углубленные размышления о том, как правильно поступить согласно Б-жественной воле! Нет сомнения, что Моше всегда ощущал перед собой Геином, тем более что он судил весь народ Израиля.

А теперь я приведу вам Мидраш, глава Масъэй, на стих Торы: «Повели сыновьям Израиля и скажи им: вот вы приходите в землю Кенаан; это земля, которая достанется вам в наследие…»[16]: «Всевышний показал Моше все, что произошло прежде и что случится в будущем: Шимшона из колена Дана, Барака, сына Авиноама из Нафтали и все последующие поколения и их мудрецов… И затем: «Я показал тебе, чтобы ты увидел своими глазами…»[17], – Мидраш повествует, что Всевышний показал Моше Геином. Спросил Моше: «Кого здесь подвергают наказанию?» Ответил ему Б-г: «Злодеев, совершивших преступление против Меня», как сказано: «И выйдут, и увидят останки людей, преступивших волю Мою, ибо их червь не умрет и их огонь не погаснет, и станут они ужасом для всей плоти»[18]. Тогда Моше преисполнился трепета перед Геиномом. Сказал ему Всевышний: «Я показал тебе, чтобы ты увидел это своими глазами, но ты туда не войдешь»[19]»[20].

Люди с восприимчивой душой ужаснутся, охваченные страхом и дрожью, когда увидят нечто столь жуткое и пугающее. Вот, перед нами праведник, так высоко вознесшийся в Небеса, что даже опасался, «как бы ангелы не опалили его дыханием своих уст»[21], и перед ним все дни его жизни был раскрыт Геином, так что перед дарованием Торы он сам поведал Израилю о награде и наказании, как повествует Талмуд в трактате Шаббат[22]. И вот, он преисполнился страха перед разверзнутой преисподней, как будто в тот день впервые ее увидел. Но ведь он видел Геином перед собой все дни своей жизни, и его сердце сжималось от ужаса, о чем говорили наши мудрецы, приводя стих Писания: «Вот ложе Шломо! Шестьдесят силачей вокруг него из храбрецов Израиля. Все они держат меч, опытны в войне; у каждого меч на бедре его из-за страха ночного»[23]. Ведь судье вменяется в обязанность видеть разверзнутый под ним Геином для ощущения трепета! Почему же сказано о Моше, что тогда он «преисполнился трепета»? Разве в тот момент он впервые испытал страх при виде Геинома? Приходится признать, что даже для «человека Б-га»[24], каким был Моше, увидеть – это не то же самое, что услышать[25].

Кто был более привычен к страданиям и трудностям, чем Моше? Об этом говорилось в рассуждении «По верблюду и поклажа»[26]: «Ты говоришь мне: неси его за пазухой, как опекун несет младенца…»[27] И в конце концов еврейский народ ступил в Землю Израиля, а Моше этого не удостоился! Но как такое могло случиться? Ведь Всевышний поведал ему, что в Геиноме претерпевают наказание «злодеи, совершившие преступление против Меня»[28], а о Моше сказано: «во всем Доме Моем верен он…»[29], «Да возрадуется Моше дарованному ему уделу, что рабом верным Ты назвал его»[30]. И все же, увидев Геином, Моше преисполнился трепета: «ибо не оправдается перед Тобой ни один живой человек»[31] – а вдруг, упаси Б-г, ему тоже уготован Геином? Мне трудно объяснить это подробно, но как бы странно это не прозвучало, даже для такого человека, как Моше, перед которым были раскрыты тропы Небес, существует разница между услышанным и увиденным воочию!

И теперь необходимо понять, сколь велика наша обязанность представлять себе Геином, чтобы это воздействовало на наши чувства и отдаляло от зла. И тогда, возможно, мы не окажемся, упаси Б-г, среди злодеев и преступников. Выражаясь образно: каждый, кто захочет представить себе Геином, пусть изучает Мидраш на главу Масъэй, узрит Геином и спасется от наказания в нем, заслужив большую награду.

И когда мы задумаемся о выражении Мидраша «И преисполнился Моше трепета», то поймем, что когда Всевышний позволил Моше своими глазами увидеть Геином, это было совсем не то же самое, что услышать о нем. Возможно, Всевышний даже открыл ему суть страданий в Геиноме – в смысле выражения наших мудрецов: «Для нечестивца углубляют Геином…»[32], а это означает, что мучения в преисподней могут быть усилены. И, по-видимому, это «углубление» зависит от прожитой жизни и определяется тяжестью греха. Таким образом Моше понял намного больше, чем знал прежде. Столкнувшись с чем-то пугающим, пусть даже совсем далеким, человеку свойственно воспринимать это как близкое. Мы видим, что, когда речь заходит о жизни и смерти, мы начинаем бояться даже самого отдаленного. Поэтому, хотя Всевышний и сказал Моше, что в Геином попадают только «злодеи, совершившие преступление против Меня», он все же устрашился: вдруг Всевышний строго взыщет с него, как сказали наши мудрецы: «У праведника нет уверенности в своей доле в Грядущем мире…»[33], и как изрек наш праотец Яаков: «Не достоин я всех милостей и всей истины, что Ты содеял рабу Твоему…»[34]

Из всего этого следует, что никто не может знать, насколько в Геиноме ужесточаются страдания за более тяжкий грех. Поэтому следует предельно опасаться усугублять свои грехи, ведь кто знает, насколько из-за этого, упаси Б-г, усилятся мучения в Геиноме!

Мы можем задуматься над множеством мельчайших составляющих греха на основе событий «Вод Ссоры». Нам не дано понять, почему освящение имени Б-га было бы большим, если бы Моше заговорил со скалой, а не ударил по ней. Ведь он так поступил только потому, что Всевышний сказал ему: «Возьми посох…»[35], и Моше полагал, что ему следует ударить им по скале, как это объясняют Рашбам и другие Первые комментаторы. Очевидно, что Моше поступил так не злонамеренно, а лишь по ошибке! И все же ему было определено наказание, которое в его глазах было столь тяжким, что он вознес Б-гу множество молитв, количество которых на святом языке соответствует числовому значению слова «ואתחנן»[36] – «и взывал в молитве», чтобы Б-г простил его, но все это не помогло[37]. В такое трудно было бы поверить, если бы об этом явным образом не говорилось в Торе.

Кроме всего сказанного, мы уже не раз повторяли, что самое серьезное обвинение Письменная Тора предъявляет человеку, называя его поступок словом «грех», – даже если в действительности он и не совершил преступления, а лишь допустил тончайший изъян в своих деяниях. В Талмуде в трактате Шаббат сказано: «Всякий, кто говорит: царь Шломо согрешил – не иначе как ошибается… Рабби Шимон бар Йохай сокрушался: ««Жены склонили его сердце…»[38] – пытались склонить, но не смоги этого сделать»[39]. И все же в Мидраше сказано: «Царю Шломо лучше было бы всю жизнь провести золотарем, чем заслужить такое осуждение в Писании»[40].

И вот, если мы задумаемся, то поймем сколь много царь Шломо сделал для народа Израиля за время своего правления, и в какой мере он освятил имя Всевышнего, когда выдающиеся люди из числа народов мира приходили со всех концов земли черпать из неиссякаемого источника его мудрости! Насколько благодаря ему возросло величие Израиля – а ведь это и есть раскрытие славы Б-га в Творении! Возвышенной мудростью и большим трудом он разыскал «шамир» для изготовления жертвенника и возвел Б-жественный Храм[41]. И ведь не без причины пророк Натан и другие великие того поколения сделали все возможное, чтобы он стал царем в Израиле! Однако, в конце концов, Мидраш подводит итог: «Царю Шломо лучше было бы всю жизнь провести золотарем, но не заслужить такого осуждения в Писании»[42] – хотя в действительности он и не согрешил! Да можно ли измерить тяжесть выдвинутого ему обвинения, о котором говорится в книге Царей? И более того, в том же трактате Талмуда сказано: «Лучше бы он был служкой в капище того, название чего запрещено произносить (идола), но только бы в Писании не было сказано о нем этих суровых слов осуждения». (Отсюда мы можем понять, сколь тяжкое наказание в Геиноме получает тот, кто в действительности совершил грех).

И вот, о Моше рабейну и об Аароне сказано в главе Хуккат: «Поскольку вы не поверили в Меня освятить Меня на глазах сынов Израиля, не приведете вы это общество на землю, которую Я дал им»[43]. И еще говорится в главе Аазину: «За то, что вы совершили измену Мне среди сынов Израиля при водах ссоры в Кадеш, в пустыне Цин; за то, что вы не явили святость Мою в среде сынов Израиля»[44]. И в главе Пинхас: «Когда вы восстали против слова Моего в пустыне Цин при распрях общины явить святость Мою…»[45] Сколь это устрашающе: в Торе увековечены стихи, столь сурово осуждающие величайших праведников! И это при том, что у их заблуждений были веские причины: «Возьми посох…»[46], сказал Всевышний Моше, – так что они, в самом худшем случае, совершили нарушение по ошибке! И, может быть, из-за этого Моше настолько испугался Геинома, что Всевышнему пришлось успокоить его: «Но ты туда не войдешь»[47].

И вот, мы не находим в Торе, чтобы Б-г сказал Моше: «Да что же ты говоришь? Неужели Геином предназначен для тебя? Ведь ты – самый надежный во всем доме Моем, как ты мог подумать, что тебе следует этого опасаться?» Творец лишь сообщил ему: «Но ты туда не войдешь»[48]. Может быть, Тора столь сдержанно уверила Моше, чтобы сообщить нам, сколь велика строгость Суда, которым Всевышний судит Свои творения.

Из этого мы можем понять, как много усилий нужно прилагать человеку, чтобы не совершить даже одного легчайшего греха, а тем более – тяжкого, и еще страшнее – нескольких грехов. Да спасет нас и да поможет нам Милосердный прийти к раскаянию и боязни греха – и это благословение, желаннее которого не существует. Да будете вы благословлены с Небес и да удостоитесь освящения имени Творца, и будет вам благо, телесное и духовное, навечно. А сейчас мне трудно продолжать.

Сын мой, услада моей души!

Сегодня утром, в третий день, восьмой «до десятого», недели главы Ваэтханан, 5654 (1894) года я посылаю тебе вызывающее трепет рассуждение «Благо человеку, несущему ношу (заповедей) с юности своей»[49]. Так разъясняется этот стих Писания в книге «Тана Девей Элиягу»: «Чтобы ему не пришлось терпеть страдания после». Это рассуждение следовало бы назвать «Счастлив человек, боящийся всегда…»[50] Так и озаглавь его и отправь в добрый путь в Землю Израиля, в святой Иерусалим, в руки наших прекрасных и очень дорогих мне друзей, проживающих в этом великом городе. Это рассуждение сокрушит силачей с львиным сердцами и повергнет в прах огромных и устрашающих великанов, сердца которых растают, как воск. По моему почерку ты можешь судить, насколько мне тяжело писать, да не случится такого с вами, но на Него, благословенного, я полагаюсь, что Он приблизит меня к служению Себе.

Выдержка из книги «Авкат Рохель»

«Только изучение Мусара, содержащегося в основополагающих изречениях наших мудрецов, является лекарством, с помощью которого мы можем излечить свои раны и смирить дурное побуждение. Об этом говорили наши учителя: «Я сотворил дурное побуждение и даровал Тору как лекарство»[51]. Мусар обладает величайшей ценностью, поскольку приводит к трепетному исполнению всех 613-ти заповедей Торы, и «другой стороне» – дурному побуждению – об этом хорошо известно. Поэтому в обычае зла вечно склонять людей к пренебрежению этим Учением или хотя бы принизить его ценность и приуменьшить значимость в их глазах. Расчет злого начала прост: оставшись без лекарства, «споткнулся поддерживающий, и рухнул поддерживаемый»[52], и, упаси Б-г, – «Высматривает нечестивый праведника и желает умертвить его»[53]. Именно это привело к разрушению Б-жественного Храма – Дома нашего великолепия – и к изгнанию народа Израиля из Святой Земли, и из-за множества наших преступлений среди нас все еще есть место этому греху».

И я привел здесь небольшую выдержку из этой книги…

37 Мудрость жизни (I)

«Преимущество знания мудрости дает жизнь обладающим ею»[54].

Говорили в Доме Учения рабби Ишмаэля: «Служение Творцу можно сравнить с тем как хозяин вверяет заботам своего раба нежную птичку и предупреждает его: «Ты думаешь, что если не уследишь за ней, я взыщу с тебя мелкую монету? Жизнь я потребую твою!»[55] Мы говорили о том, как можно приблизить это к чувственному восприятию. Ведь пребывающий во тьме сравнивается с мертвецом, и в Талмуде сказано: «Слепой подобен мертвому»[56]. И вот, известно, что свет необходим погруженному в глубокие размышления, только если ему потребуется что-то найти в книге. Получается, что в той же ситуации, где бездумный подобен мертвому, мыслящий – жив. И если это верно даже для нижнего мира, то это тем более так в обители мудрости. Там лишенный понимания в действительности мертв, а мудрец наслаждается жизнью, полной вознесенной радости.

Да, это именно так, ведь без Торы еврей лишается жизни! В Талмуде сказано: «Если ученик ссылается в изгнание[57], его учителя отправляют туда вместе с ним, как сказано в Торе: «Тогда отделил Моше три города на стороне Ярдена к восходу солнца. Бежать туда убийце, лишившему жизни ближнего своего без злого умысла, и тот не ненавидел его ни вчера, ни третьего дня, и убежит он в один из городов этих, и будет жить»[58], – из этого повеления Торы наши мудрецы учат, что изгнанника требуется обеспечить всем необходимым для жизни»[59]. И так же пишет Рамбам: «Жизнь людей, обладающих мудростью и разыскивающих ее без изучения Торы подобна смерти»[60]. Вот, и в нижнем мире человека приравнивают к мертвому, если он остается без своего учителя. И даже если он может нечто изучать самостоятельно, все же без учителя он подобен мертвецу. Поэтому на Сангедрин возложена обязанность обеспечить совершившего непреднамеренное убийство всем необходимым для жизни и отправить его учителя в изгнание вместе с ним. Закон не допускает никаких исключений: даже если отправляющийся в изгнание – сам мудрец Торы, все равно, если у него нет учителя, чтобы он продолжал подниматься в Торе, он сравнивается с усопшим.

Все это нам говорится для того, чтобы мы поняли, насколько страстным должно быть желание человека обрести мудрость. А лишенный такого стремления, упаси Б-г, подобен мертвому, даже если он сам того не ощущает. Да смилуется над нами Милосердный, чтобы мы мудро шествовали по жизни, поднимаясь все выше и выше.

И вот, известно, что люди, приговоренные к изгнанию за непреднамеренное убийство, – это злодеи, ибо не без причины им случилось совершить этот грех, пусть даже неумышленно. Это разъясняется в трактате Макот: «Говорится в древней притче: злодейство исходит от злодеев…»[61] К тому же выводу можно прийти из приведенной там Барайты: «Сказал рабби Зеира: не следует обучать Торе недостойного ученика», и смотри как эти слова Талмуда объясняет Раши[62]. Однако, если недостойный ученик идет в изгнание, Тора повелевает отправить вместе с ним и его учителя, – чтобы тот не уподобился мертвецу. Тем более, если достойный ученик не занимается Торой, он считается умершим! Тот же, кто, упаси Б-г, не желает постижения мудрости и Мусара, оторван от жизни, даже если сам он того не осознает. Стремление постичь мудрость обретается только путем углубленного размышления, когда у человека пробуждается желание быть рядом с раввином и учиться у него истинному знанию[63].

Поразительно, насколько Тора стремится к исправлению человека, даже если он злодей. В том же трактате Талмуда говорится: «Сказал Всевышний Моше: позаботься о том, чтобы для совершивших убийство взошло солнце»[64]. И Раши объясняет: «Обеспечь их всем необходимым для жизни…» Мы восхищены тем, сколь надежно Тора защитила их от кровной мести и позаботилась обо всех их нуждах! Б-жественное Учение даже потребовало, чтобы учитель человека, совершившего непреднамеренное убийство, отправился вместе с ним в изгнание! И если Тора в такой мере заботится о преступниках, то насколько же она внимательна к жизням праведных людей, обеспечивая их всем самым важным! Ведь мы уже объяснили, что без Торы еврей постепенно чахнет и угасает, даже не ощущая этого. Об этом говорили мудрецы Дома Учения рабби Ишмаэля. Так пробудимся же духом и будем последовательно по мере наших сил изучать Тору, стремясь обрести мудрость. И меня необычайно восхитили слова великого учителя Мусара Яавеца в его комментарии на Сидур.

И теперь, мой дорогой сын, преклони свое ухо и послушай, к какому открытию привело меня мое сердце: все возвышенные духовные качества проистекают из мудрости и связаны с нею. И если характер человека не изобилует похвальными чертами, это знак того, что ему недостает мудрости, и, наоборот, чем он более возвышен, тем у него больше мудрости.

Милосердие Всевышнего беспредельно, так же как безмерно Его величие и мудрость. Суть в том, что все блага в этом мире передаются человеку соответственно принципу «пустых сосудов». В материальном, если сосуд пуст, то он может в себя что-то вместить, а когда наполняется, в него уже ничего не войдет. С мудростью же все наоборот: только «полный сосуд – вмещает»[65]. Получается, что у мудрости нет предела, свойственного материальному нижнему миру, суть которого – пустота.

Сказал Коэлет: «Чем больше добра, тем больше поглощающих его…»[66] Имеется в виду, что в нижнем мире даже очень состоятельный человек обеднеет, если окажется вынужден хотя бы понемногу делиться своим богатством с другими. С мудростью же все наоборот: чем больше людей черпают из ее источника, тем быстрее он пополняется, как сказали наши мудрецы: «Я получил от своих учеников больше, чем от всех других людей»[67]. С увеличением числа учеников, с которыми раввин делится своим знанием, крепнет и его мудрость. Про это сказал Коэлет: «Чем больше добра, то есть мудрости, увеличивающей блага, – тем больше поглощающих его», – и здесь нет места для ограничений.

Сказано в Талмуде, и эти слова приводит Рамбам: «Если глава ешивы уходит в изгнание, то вместе с ним отправляют в город-убежище и всех его учеников»[68], ибо благодаря им умножается его мудрость, что необходимо ему для жизни, как мы видим из повествования Талмуда о рабби Йоханане, который взывал: «Где же ты, сын Лакиша?»[69]

Все дурные свойства людей проистекают из скупости. Их полной противоположностью является истинный мудрец, в душе которого – исключительно добро и совершенно отсутствует жадность. Поэтому о благословенном Б-ге сказано: «Неправедно судить человека пред лицом Всевышнего; несправедливо осудить человека в тяжбе его – не приемлет этого Г-сподь»[70].

Это имели в виду наши мудрецы, сказав: «Везде, где ты видишь Его величие, там же находишь и Его скромность»[71]. Неслучайно Тора прославляет Моше рабейну именно за его скромность[72], ибо она – венец мудрости, и потому рассказ о нем начинается словами: «И увидел их страдания…»[73] – и смысл их известен[74]. Теперь становится совершенно очевидно, что мудрость неотделима от возвышенных духовных качеств!

38 Мышление и чувство (I)

Прежде необходимо краткое пояснение. Каждому ясно, что мудрость человека определяется тем, видит ли он нарождающееся, направлены ли все его мысли к тому, что случится с ним в Грядущем мире, который «шире земли и протяженнее моря».

Изучая свойства человеческой души, мышления и чувственного восприятия, мы находим, что у большинства людей чувства намного сильнее их разума. Но наряду с этим у чувственного восприятия есть и определенный недостаток. Человек может ощутить только запах, который он обоняет сейчас, но не тот, что почувствует завтра. Своими глазами он видит только то, что предстает перед ним в данный момент, но отнюдь не то, что произойдет на следующий день. И то же самое относится ко всем органам чувств. Однако с разумом все совершенно иначе: люди могут мысленно представлять запах, который они ощутят завтра, задумываться сегодня над тем, что увидят своим зрением в далеком будущем. Кроме того, органы чувств воспринимают только находящееся в непосредственной близости, но не расположенное вдалеке – и это главное, что отличает их от разума, для которого расстояние не является преградой.

И вот, известно, что деяния следуют за мыслью. Поэтому если все поступки человека связаны только с его ближайшим окружением, это доказывает, что его мысли следуют за чувственным восприятием. Если же он беспокоится о своей доле в Грядущем мире, это признак того, что в его жизни главенствует мышление.

И вот, если чувства, являясь всего лишь производными разума, так сильно воздействуют на людей, сколь же значительным должно быть влияние самого разума! Почему же тогда мы столь неохотно подчиняемся своему мышлению? Ответ на это прост: мы недостаточно развиваем свой разум, и в результате он слабеет. А развитие мышления приводит к тому, что человек начинает видеть нарождающееся и становится мудрецом, поскольку своими деяниями свидетельствует о реализации способностей его разума и провидит будущее. Ведь природа мышления такова, что позволяет смотреть далеко вперед!

И сейчас мы узнаем нечто удивительное, приоткрывающее завесы тайны души. Почему в природу человека не заложен страх перед смертью? Ведь желание жизни очень сильно – отчего же человек беспокоится о своем пропитании в нижнем мире, но совершенно не волнуется о том, что произойдет с ним после его кончины? Причина в том, что чувства, пока они еще не реализовали себя, влияют на людей намного сильнее, чем мышление. Поэтому поначалу разум подчинен чувствам и использует способности своего мышления для удовлетворения приниженных страстей и материальных желаний. Это происходит до тех пор, пока заложенные в нем возможности не реализуются – тогда воздействие мышления становится намного сильнее, чем влияние чувств, ибо разум оказывается способным воспринять очень многое, вблизи и вдали, и воспринимает многочисленные мысли и идеи, как об этом сказано: «При множестве размышлений в моей душе утешения Твои поддерживают душу мою»[75]. Негативное воздействие органов чувств ослабевает у того, кто уже реализовал возможности своего разума, у кого «множество размышлений в душе»[76]. Не так происходит с человеком, чей разум неразвит и истощен – не прекращающееся ни днем, ни ночью влияние чувств подчиняет его себе.

Чувственное восприятие не ощущает того, к чему нельзя прикоснуться, чего ничей глаз не видел и ухо не слышало. Органы чувств не воспринимают угрозу смерти, поскольку они живы, а не мертвы. Человек, чей разум полностью пребывает во власти чувств – недальновиден, ведь ничего не говорит ему о смерти, поскольку чувства принадлежат к миру живых, а смерть – к царству мертвых. Другое дело – люди, у которых чувственное восприятие служит мышлению, – они способны ощутить своим разумом и то, что произойдет после их смерти. Ведь разум способен воспринять абсолютно все. Человек был сотворен «по образу Б-га», и Раши объясняет это так: «Способным понимать и постигать…»[77], а значит, он может воспринимать не только этот мир, но и Грядущий. Поэтому мудрецы, реализовавшие возможности своего разума, боятся смерти, как сказано в Талмуде: «Раскайся за день до смерти…»[78] У них все органы чувств помогают разуму, усиливая страх смерти, поскольку воздействие чувственного восприятия на человека сильнее мыслительного.

И, опираясь на все это, можно было бы многое сказать о том, как понять высказывание наших мудрецов: «Если услышали – прежнее, услышите – новое»[79], а также: «Изученное прежде труднее нового»[80]. В этих словах заложены основы веры.

И сколь прекрасны слова наших мудрецов: «Кто мудрец? – Видящий нарождающееся»[81]! Ведь великий мудрец – это тот, кто настолько реализовал возможности своего мышления, что его чувства стали «сосудами» разума. И посмотри, сын мой, сколь мудры заботящиеся о своей доле в Грядущем мире! Да будет наш удел среди них. Амен, да будет такова Его воля!

 

[1] Мишлей 28:14.

[2] Теилим 23:4.

[3] Теилим 94:12.

[4] «Человек на земле не может испытать совершенного удовольствия, к которому не примешивались бы страдание и тревога. Да и кто в нижнем мире, полном несчастий и невзгод, может жить в невозмутимом спокойствии, как сказано в Месилат Йешарим: «Что такое жизнь человека в этом мире? Кто в нем по-настоящему счастлив и безмятежен? «Дни наши – в них семьдесят лет, а если сильны – восемьдесят лет, и вся их гордость – хлопоты и суета» (Теилим 90:10). Каждого ожидают всевозможные страдания, болезни, мучения и тяготы; а завершение всему – смерть. Не найти даже одного из тысячи, кого жизнь одарила бы удовольствием и истинной безмятежностью. Но и он, даже если доживет до ста лет, уходит и пропадает из мира»». (Маариль Блох, Уроки Знания, гл. «Ибо все, на Небесах и на земле… часть 1»). 

[5] См. Берешит 49:15.

[6] Брахот 61а.

[7] Сукка 52а. См. Маариль Блох, Уроки Знания, гл. «Чем более велик человек, тем сильнее его дурное побуждение».

[8] Шмот 30:23.

[9] Шир Аширим Рабба 1:58.

[10] Сангедрин 96а.

[11] Эйха 3:3.

[12] Берешит 49:14-15.

[13] Авода зара 5б.

[14] Йевамот 109б.

[15] Малахи 3:22.

[16] Бемидбар 34:2.

[17] Дварим 34:4.

[18] Йешаягу 66:24.

[19] Дварим 34:4.

[20] Мидраш Рабба, Бемидбар, гл. 23.

[21] Шаббат 88б.

[22] Шаббат 86а.

[23] Шир Аширим 3:7-8.

[24] Дварим 33:1.

[25] «Так происходит с каждым человеком: пока его душа не очистится от преступления огнем Геинома или другими наказаниями, освобождающими душу от нечистоты греха, она еще неверно воспринимает реальность, по-прежнему в той или иной степени тянется к злу. Все время пребывания в Геиноме грешник остается злодеем, пока его душа не очистится, чтобы воспринять свет истины. Древние же грешники, укорененные во зле, навечно остаются злодеями, и свет истины никогда их не коснется. Но праведники следуют путем справедливости уже в этом мире, при жизни обретая истинное понимание. Нет сомнения, что расставшись с телом и выйдя за рамки материальности, их души возносятся, приходя к более высокому и истинному постижению. Но и перед праведниками остается бесчисленное множество новых ступеней постижения истины. Их души поднимаются из одного мира в другой, более возвышенный. И в каждом мире, куда поднимаются праведники, они верно постигают его реальность согласно его сути». (Маариль Блох, Уроки Знания, гл. «Жизнь миров»).

[26] См. гл. 233 этой книги.

[27] Бемидбар 11:12.

[28] Мидраш Рабба, Бемидбар, гл. 23.

[29] Бемидбар 12:7.

[30] Утренняя молитва «Амида» в шаббат.

[31] Теилим 143:2.

[32] Шаббат 33а.

[33] Берешит Рабба 76:2.

[34] Берешит 32:10.

[35] Бемидбар 20:11.

[36] См. Дварим 3:23. Гематрия слова «Ваэтханан» – 515. – Примечание редактора.

[37] Дварим Рабба 11:6.

[38] Цари (I) 11:4. «И было в пору старости Шломо, его жены склонили его сердце к чужим богам, и не было его сердце цельным с Г-сподом, Б-гом его, как сердце Давида, отца его». Наши мудрецы, благословенной памяти, разъясняют, что Царь Шломо, упаси Б-г, не совершил греха, но некоторые его жены из числа других народов после прохождения гиюра не искоренили полностью идолопоклонство их своих сердец, а он не смог исправить их души, поэтому их грех поклонения идолам Писание связывает с его именем. – Примечание редактора.

[39] Шаббат 56:2.

[40] Шмот Рабба 6:1.

[41] «Шамир» – червь, обладавший способностью дробить камень, необходимый для вырезания из скалы камней для жертвенника, поскольку Тора запретила для этой цели использовать железо, ведь жертвенник предназначен для благословения и мира, а железо – орудие войны, разрушения и уничтожения. И см. гл. 11 этой книги. – Примечание редактора.

[42] Шмот Рабба 6:1.

[43] Бемидбар 20:12.

[44] Дварим 32:51.

[45] Бемидбар 27:14.

[46] Бемидбар 20:11.

[47] Дварим 34:4.

[48] Дварим 34:4.

[49] Эйха 3:27.

[50] Мишлей 28:14.

[51] Кидушин 30б.

[52] Йешаягу 31:3.

[53] Теилим 37:32.

[54] Коэлет 7:12.

[55] Менахот 99б. См. гл. 40.

[56] Недарим 64б.

[57] Виновного в совершении непреднамеренного убийства отправляют в изгнание в один из городов-убежищ, как сказано в Торе (Бемидбар, гл. 35). – Примечание редактора.

[58] Дварим 4:41-42.

[59] Макот 10а.

[60] Мишна Тора, «Законы убийцы» 7:1.

[61] Макот 10б.

[62] Раши, там же. «Чтобы его преступления не привели его к непреднамеренному убийству и к изгнанию в город-убежище».

[63] «Тора указывает на верные мнения, возвышенные душевные качества, добрые обычаи, связанные с повседневной жизнью, милосердием к ближнему, служением Б-гу, трепетом перед Ним, верой и упованием на Него. Ведь это и есть основы всей Торы!» (Рав Моше Розенштейн, Основы Знания, часть 2, гл. 113). 

[64] Макот 10б.

[65] Брахот 40а.

[66] Коэлет 5:10.

[67] Таанит 7а.

[68] Макот 10а.

[69] Бава Меция 84а. «Однажды рабби Йоханан находился возле реки Ярден. Увидев его с другого берега, Рейш Лакиш с легкостью переплыл реку. Рабби Йоханан сказал ему: «Твои невероятные силы предназначены для Торы! Если ты раскаешься, я отдам за тебя в жены свою красавицу сестру». Рейш Лакиш раскаялся и посвятил себя Торе. Он изучил Писание, Мишну и стал великим мудрецом в Израиле.

Однажды в Доме Учения возник спор о том, с какого момента изготовления нож, меч и другие виды оружия считаются уже завершенными изделиями и могут принимать «нечистоту предмета». Рабби Йоханан считал: «Сразу после извлечения их из печи», а Рейш Лакиш утверждал: «Лишь после закаливания в воде». Рабби Йоханан сказал ему: «Разбойник хорошо разбирается в своем ремесле!» На что Рейш Лакиш ответил ему: «Что же хорошего ты мне сделал, когда привел меня к Торе? Среди разбойников меня называли наставником, и здесь меня тоже величают рабби!» – «Разве я не сделал тебе ничего хорошего?! Ведь я привел тебя под крылья Шехины!» Рабби Йоханан расстроился, и Рейш Лакиш заболел. Жена Рейш Лакиша пришла к рабби Йоханану и, рыдая, взмолилась: «Помолись о его исцелении ради моего сына!» Он ответил ей словами Писания: «Оставь сирот своих, Я выращу их» (Ирмеягу 49:1); «Помолись о нем, чтобы я не стала вдовой!» – «И вдовы твои пусть полагаются на Меня» (Там же). И умер рабби Шимон бен Лакиш. После его смерти рабби Йоханан был безутешен. Мудрецы опечалились: «Кто же утешит рабби Йоханана? Пусть пойдет к нему рабби Элазар бен Педат, глубоко знающий всю Тору». Он пришел к рабби Йоханану и сел напротив него. Какое бы толкование ни изрек рабби Йоханан, рабби Элазар отвечал: «Барайта подтверждает твое мнение!» Сказал ему рабби Йоханан: «Да разве ты подобен сыну Лакиша? На каждое мое толкование сын Лакиша задавал двадцать четыре трудных вопроса, я отвечал на каждый из них – и приумножалось Знание. А ты только повторяешь: «Барайта подтверждает твое мнение». Да разве я сам не знаю, что сказал верно?!» И рабби Йоханан в горе начал рвать на себе одежды, восклицая: «Где же ты, сын Лакиша? Где же ты, сын Лакиша?» Он сокрушался до тех пор, пока его рассудок не помутился. Тогда мудрецы взмолились о милосердии к нему, и рабби Йоханан скончался».

[70] Эйха 3:35-36.

[71] Мегила 31а.

[72] См. Бемидбар 12:3. «А человек Моше скромен очень, больше всякого человека, что на лице земли».

[73] Шмот 2:11.

[74] См. гл. 1 этой книги.

[75] Теилим 94:19.

[76] См. гл. 35 этой книги.

[77] Берешит 1:26.

[78] Шаббат 153а.

[79] Брахот 40а.

[80] Йома 29а.

[81] Авот 2:9, Тамид 32а.