Май 2017 / Сиван 5777

Игерет а-Мусар (Послание Мусар)

ПОСЛАНИЕ МУСАРА

Человек свободен в своем воображении и скован в мышлении. Воображение ведет его в пленение путями сердца и желаний, дабы он не ощущал страха перед неминуемым будущим, когда Всевышний приведет его на суд за все его деяния и подвергнет суровому наказанию. Другой не пострадает за него – только он сам ответит за последствия своего преступления. Совершив грех, он неизбежно будет за него тяжко наказан. Пусть не решит человек: «это лишь легкая болезнь, и я перенесу ее»[1]. Несчастья, происходящие в этом мире, несравнимы с наказанием за грехи в мире Грядущем. Сильно будет страдать душа человека, день покажется годом. Этот страшный враг – воображение – несет нам бедствие. Однако в наших силах его победить, чутко прислушиваясь к мышлению, постичь истину, сравнить выгоду от греха с ущербом от него. Но как же это трудно. Воображение – бурлящая река, в которой тонет мышление. Единственное спасение – это вознести человека на корабль чувствительности души и мощи духа.

Каждой идее и предмету присуще общее и частное: тип, вид и особенность. В отсутствии общего не может существовать частное, ибо ему свойственны качества общего. Однако возможно общее, не содержащее в себе частного. Соответственно, начало всего – это общее, из которого проистекает частное. Задумаемся над сутью возложенного на нас служения Творцу. Очень важно понять, в чем заключается общее, из которого следует частное.

Без долгих раздумий и размышлений мы осознаем, что все же в нас глубока вера в то, что Господь – Судья, воздающий каждому согласно его поступкам. Если неверен и горек путь человека, он будет тяжко наказан в этом или в Грядущем, вечном мире. Человек не знает меры и не может оценить свой духовный уровень. Если его поступки чисты и праведны – согласно им он будет благословлен и одарен не только изысканными удовольствиями этого мира, но и вознесенными наслаждениями Грядущего мира, которые не в состоянии постичь ни разум человека, ни его чувства. В этом – первый шаг к служению благословенному Б-гу.

Об этом говорили наши мудрецы: «Пришел пророк Хавакук и свел суть Торы к одному: «И праведник верой своей будет жить»[2]»[3]. И еще сказали мудрецы Талмуда: ««Поэтому скажут властвующие...»[4] – подчинившие свое дурное побуждение – «Совершим расчет...»[5] – задумаемся над сутью, на которой основан мир, сравним ущерб от исполнения заповеди с наградой за нее и пользу от греха с наказанием за него»[6].

Однако к скорби души и огорчению духа эта сила общего глубоко сокрыта в сердце и лишь слегка ощущается нами. Она не проявится, если мы не позаботимся о том, чтобы «вспахать почву» наших сердец углубленным изучением Мусара. Без этого сила общего не прорастит своих ветвей в органы нашего тела, не скует их цепями трепета. Из общего не проявится частное – способность уберечься от греха. Мы постоянно испытываем преткновения, совершая страшные преступления, от которых содрогаются Небеса, грешим своим языком, ибо ничто не сдерживает наш дух, и нарушаем множество имущественных запретов, но бездушность в изучении Торы страшнее всего. Среди наших органов почти нет здорового. Если мы глубоко задумаемся, то поймем: «Чем более велик человек, тем сильнее его дурное побуждение»[7] и тем более тяжкие преступления он может совершить. Из-за тьмы в наших сердцах мы стали походить на слепых и не видим наколько тяжки эти грехи в сравнении с преступлениями простых людей. Но если взглянуть на них сквозь увеличительное стекло, они окажутся очень существенными, ибо видятся нам малозначимыми лишь из-за слабости нашего зрения. Ведь даже звезды, которые намного больше земного шара, выглядят мельчайшими точками, и только мощный телескоп немного увеличивает их, хотя их настоящие размеры огромны! То же самое и в поднятом нами вопросе, где верной измерительной шкалой служит ясность мышления в сочетании с истиной Торой. Только тогда мы сможем увидеть, что эти преступления очень тяжки, «с изобилием мощи и избытком могущества».

Все это можно найти в словах мудрецов Талмуда: «Что явилось причиной разрушения Первого Храма? Три греха: идолопоклонство, разврат и кровопролитие. А из-за чего был разрушен Второй Храм, – ведь в те дни еврейский народ изучал Тору, соблюдал заповеди и отличался милосердием к ближнему? Из-за беспричинной ненависти друг к другу. Рабби Йоханан и рабби Элиэзер сказали: во времена Первого Храма грех был явным, потому было известно время завершения их изгнания. Но во времена Второго Храма грех не был явным – а потому не было открыто и время окончания их изгнания»[8]. Грех первых был явным, ибо его тяжесть была очевидна, без глубоких размышлений, но тяжесть греха последних понятна только тем, кто внимательно вдумывается в его суть – только им становится ясна подоплека их непростительного преступления, состоящего из отдельных тяжелейших, ни чем не сдерживаемых грехов, упаси Б-г… И дальше мудрецы Талмуда задают вопрос: «Кто лучше – первые или последние?»[9] И отвечают: «Посмотрите на Дворец (Б-жественный Храм в Иерусалиме): он был возвращен первым, но его не вернули последним»[10]. Об этом мы и говорили: «Чем более велик человек» – во времена Второго Храма, когда евреи глубоко изучали Тору – «тем сильнее его дурное побуждение», влекущее к тягчайшим преступлениям. И наделенному мудростью понятно, сколь порочна склонность к греху.

Что делать людям в любых различных ситуациях? День смерти от всех сокрыт, она придет неожиданно! Всевышний вспомнит все поступки, совершенные человеком во все дарованные дни его жизни, ни один из которых не будет упущен. Страшнее смерти станет его конец, ибо некуда будет бежать, негде скрыться. Об этом сказано в Писании: «Пока человек жив, он имеет надежду, ибо живой собаке лучше, чем мертвому льву»[11]. Наши учителя, благословенной памяти, привели в Ялкуте: «Пока человек жив, у него остается возможность раскаяния, но с его смертью пропадает всякая надежда».

Поэтому, пока душа еще в нашем теле, поторопимся, поспешим проложить путь к добру! Но из-за «камня преткновения»[12] – «не по нам этот путь!»[13] Мы не страшимся дня смерти, даже если своими устами утверждаем обратное. Сказали наши учителя, благословенной памяти: «Что означает стих Писания: «Этот путь их – глупость их»[14]? Злодеи осознают, что их путь ведет к смерти, однако их нутро заплыло жиром и стало бесчувственным. Может быть, ты скажешь, что это следствие их забывчивости? На это стих Теилим продолжает: «следующие за ними своими устами одобряют их»[15]»[16]. Даже если наши глаза видят гибель людей, подобных нам, это не дает сил нашим душам и сердцам возвратиться к Творцу, перед судом Которого мы в конце концов предстанем, и Он взыщет с нас за каждый дурной поступок. Мы поступаем вопреки совету книги Коэлет: «Лучше пойти в дом скорби, чем в зал торжеств, ибо таков конец каждого, и пусть живой воспримет это своим сердцем»[17]. Все это – исключительно следствие многочисленных грехов, которые сделали наши сердца каменными и бесчувственными. Об этом говорят мудрецы, разъясняя стих Торы: ««И не оскверняйтесь ими, дабы не стать нечистыми через них»[18] – стать нечистым означает не только оскверниться, но и отупеть»[19]. Именно поэтому наши грехи сокрыты от нас и нам непросто их ощутить, как об этом сказали наши учителя, благословенной памяти: «Если человек совершил грех, а затем повторил его, то в его глазах это уже становится разрешенным поступком»[20]. Наши преступления обступают нас в день суда, как говорят наши учителя, благословенной памяти: «Грехи, на которые человек не обращает внимания, окружают его в день суда»[21]. И ныне, неужели потеряна всякая надежда и, упаси Б-г, нам нет излечения?

Одно лишь мы нашли, «мудрость, а не ремесло»[22], «поговорим немного об этом – и нам станет легче»[23]. Обратим сердца к размышлению о сути греха и увидим, что дурное побуждение содержит в себе два аспекта: первый – бушующие страсти – желание временных преходящих удовольствий, когда люди не задумываются о последствиях, даже если осознают, что в результате горечь наполнит их сердца. Это ярко проявляется во всем, что происходит в мире. Недальновидный человек, будучи нездоровым, по слабости своего разума любит есть то, что приятно ему на вкус, не задумываясь об осложнении своей болезни. Об этом сказали наши учителя, благословенной памяти: «Кто мудрец? Видящий нарождающееся»[24]. Мудрецы Талмуда подчеркивают: «Человек совершает грех только тогда, когда в него проникает дух глупости»[25]. Вся задача людей в их служении Б-гу заключается в том, чтобы размышлять о трепете перед Всевышним, о страхе перед Его наказанием с помощью книг Мусара и изречений мудрецов, пока они не услышат своими ушами и не увидят своими глазами сколь страшно наказание в его глубине и охвате, как сказали наши учителя: «Пусть судья (которому постоянно грозит опасность ошибиться, но то же самое относится к любому человеку), чтобы спастись от злой беды и от тяжких грехов, всегда видит, как Геином разверзается под его ногами»[26]. И если его сердце поймет, и он станет так поступать, то возвратится в раскаянии и удостоится излечения.

Да, «велико зло человека на земле»[27], никто не ищет справедливости и не старается обрести трепет перед Б-гом, установить постоянное время для изучения мудрости трепета, черпать воды Знания из источника веры, сокрытой в тайных глубинах сердца, расширять и поддерживать ее, придать ей мощь и силу, возложить служение на свои плечи, обрести власть над всеми органами тела, дабы не выйти за пределы разрешенного и поступать согласно Торе.

Второй аспект дурного побуждения заключается в духовной нечистоте. Подобного мы не находим в событиях, происходящих в материальном мире. Нет человека, перед глазами которого случались бы бедствия, а он не нашел бы времени подумать о том, как от них спастись! Поэтому не страсть является причиной греха. Удивительно это преступление, и «тайна» – имя ему. Причина духовной нечистоты – в неспособности людей задуматься о трепете перед Б-гом и о тяжести наказания. Такие грехи не относятся к первому виду, поскольку вызываются не страстями. Они проистекают из духовной нечистоты, влекущей людей к преступлению, и в особенности – к греху, связанному с речью, ибо «человеку нет пользы от злословия»[28].

Мы находим связь между двумя аспектами определения дурного побуждения и доброго начала. Один – широко известен. Согласно нему, дурное побуждение – это сила нечистоты, заключенная в человеке и влекущая его к греху, а доброе побуждение – это дух святости, ведущий к добру. Таково мнение большинства великих мудрецов. Второй же аспект состоит в том, что дурное побуждение – сила страстей человека, жаждущего всего, что в данный момент ему кажется приятным. Люди следуют зову страстей, единятся с ними в своем желании. А доброе побуждение – это ясное мышление, видящее и прозревающее нарождающееся – трепет перед Б-гом и страх перед Его суровым наказанием. Оно избирает то, что помогает смирить страсть, дабы в результате обрести ни с чем не сравнимое наслаждение, неописуемое великолепие славы.

Мы видим, как в мире постоянно изменяется природа людей – они все сильнее склоняются к греху. Некоторые больше грешат бездуховностью в соблюдении Торы, чем непорядочностью в имущественных отношениях и нежеланием оказать помощь ближнему, другие – наоборот. При этом во всех грехах люди не похожи друг на друга. Если бы дурное побуждение привлекало их только силой нечистоты, то подчиняло бы всех людей одинаково, если не принимать во внимание различия в их корнях в высших мирах. Но если мы определим дурное побуждение как силу страстей, то все прояснится: ведь страсти человека зависят от его особенностей: рождения, телесного склада, особенностей эпохи и прочих условий, а все люди существенно отличаются друг от друга, поэтому и совершаемые ими грехи проявляются по-разному.

Однако не только страсти являются причиной греха. Зачастую люди совершают тяжкие преступления, к которым страсти влекут их не так уж настойчиво, а иногда даже и противятся греху. Например, если душа человека жаждет иллюзорной славы, но не считает почетным исполнение заповедей, то это результат воздействия духа нечистоты, опутывающего человека, чтобы склонить его ко злу иногда даже вопреки зову его суетных страстей.

Как видим, обе точки зрения верны. Дурное побуждение – это и сила страстей, и дух нечистоты. А доброе побуждение – это верное мышление, которое не искажено грехом и страстями и видит нарождающееся, а также дух святости.

Человек сотворен из материального и духовного: тела и души и характеризуется двумя составляющими. Материальное воспринимается физическим зрением, а духовное раскрывается в действиях и проявлениях тела. Замыслы человека и его старания сохранить душу в теле проявляются исключительно в его заботе о своей плоти – он стремится поддержать ее подходящим питанием и надежно защитить от всякого вреда и злой беды. Но в действительности не существует физического способа поддержания души. Согласно духовному подходу – истинному знанию – забота о сохранении души в теле зависит только от ее служения Творцу. Поэтому необходимо приложить все усилия для того, чтобы душа оставалась в теле, ибо в отрыве от него она невидима и неощутима!

Так и в служении Всевышнему. Наша цель – усилить доброе побуждение, святость и непорочность мышление, а также отдалить дурное побуждение – влияние нечистоты и страстей. Согласно обоим подходам, успех на этом пути зависит от телесной стороны человека и состоит в поддержании ее полезной духовной пищей – размышлениями о трепете и Мусаре, проистекающими из чистой Торы.

Об этом говорили наши мудрецы, благословенной памяти: «Ийов вознамерился освободить весь мир от ответственности перед высшим судом. Он обратился к Всевышнему: «Властелин мира! Ты сотворил быка – и его копыта раздвоены, Ты сотворил осла – и его копыта не раздвоены. Ты сотворил Ган Эден и Геином, Ты сотворил праведников и нечестивцев – и кто может воспротивиться Тебе?» На это друзья Ийова ответили: «А ты трепетом пренебрегаешь и слово, обращенное к Б-гу, считаешь ничем!»[29] «Всевышний создал дурное побуждение – и даровал Тору в качестве лекарства!»[30] Мудрецы Талмуда учат нас, что Тора излечивает трепетом перед Всевышним, согласно стиху Писания: «А ты трепетом пренебрегаешь...» И это – материальный аспект, воспринимаемый физическим зрением. Если человек обращает свою душу и сердце к трепету перед Небесами, то Тора излечивает болезни его души как в общем – постижением того, что за каждое преступление определено ужасное и суровое наказание, а за каждую исполненную заповедь – высочайшая награда, так и в частном – и это самое главное – изучением законов, касающихся каждого запрета в отдельности: о высокомерии – законов скромности; о честном ведении дел – разделов Торы о заповедях по отношению к ближнему, месту человека в мире; законов каждой заповеди и каждого запрета.

Самое важное при использовании Торы в качестве лекарства против дурного побуждения – не жалея времени и сил изучать запреты и предписания во всех их подробностях. Ведь мы видим, что существует множество грехов, которых человек сторонится по своей природе и избегает их, даже если его к ним сильно влечет. Однако другие, еще более тяжкие грехи, тот же человек с легкостью совершает. Например: большинство наших братьев – почти весь Дом Израиля – не преломит хлеба, не омыв рук, упаси Б-г, даже испытывая сильный голод. А более суровый запрет злоязычия люди с легкостью нарушают, даже не ощущая к нему непреодолимого влечения!

Теперь мы видим, что главное в спасении от греха состоит в том, чтобы укоренить в себе привычку его избегать. Поэтому, даже если человек последует пути Мусара, изнуряя себя стараниями уберечься от запрещенных Торой разговоров, надлежащим образом используя для этого все свои чувства и мысли, – все же, пока его природа и обычаи не изменились настолько, что у него исчезнет всякая естественная тяга к злоязычию, он с большей легкостью нарушит этот запрет, чем вкусит хлеб, не омыв рук, упаси Б-г. То же самое относится к любому греху, и все зависит от природы человека, времени и места. Ведь везде все по-разному. Каждому месту свойственны свои особые грехи, от которых человек по своей природе может с легкостью уберечься. Известно, что изменение природных склонностей может быть только следствием длительного изучения и обретения привычки противостоять своему естеству. Поэтому главный принцип отдаления от греха и исполнения заповедей – это внимательное изучение законов, относящихся к конкретному запрету или заповеди, ибо только оно служит душе новой надежной основой, способной противостоять греху.

Кажется, что в наших местах, слава Б-гу, запреты на некашерную пищу и им подобные глубоко укоренены в душах всех евреев, так что ни у кого нет необходимости бороться со своей природой и страстями, ведь они и так всем отвратительны. Каждый из продавцов кашерного мяса непременно обратится к законоучителю, если во внутренних органах животного обнаружится некий дефект, вызывающий сомнение в его кошерности, – даже при том, что это может принести продавцу существенные убытки. Ведь трепет перед Небесами свойственен человеку согласно его естеству и в силу привычки. Никто не сможет совершить злодейский поступок и привести евреев к нарушению подобной заповеди.

В ведении же имущественных дел все наоборот. Большинство людей, заподозрив, что они кому-то недоплатили, не поспешат с вопросом к раввину, пока истец не потребует от них возмещения. Однако даже будучи уличенными, они идут на всевозможные ухищрения и всячески стараются избежать выплаты долга. Но ведь и то, и другое – запреты Торы! «И мясо, растерзанное в поле, не ешьте»[31], «Не ешь никакой падали»[32] и: «Не обери ближнего, не укради и не задержи плату твоему работнику при тебе до утра»[33]. И как в душе каждого еврея укоренено, что все виды некашерного мяса в равной степени запрещены, и все, на что законоучитель укажет как на некашерное, становится отвратительно в его глазах, и он всегда поступит согласно Торе, – так должно быть и в имущественных вопросах. Ведь если человек посягнет на нечто, что по закону Торы принадлежит другому, то он нарушит запрет «Не укради». Мы же видим, что из-за множества наших грехов даже изучающие Тору и трепещущие перед Небесами не соблюдают заповеди, нарушение которых не искупает ни Йом Кипур, ни даже смерть.

Однако человек, согласно его способностям, обязан обратить свое сердце и душу к глубокому изучению законов, определяющих имущественные отношения между людьми, начиная с Талмуда и заканчивая выводами законоучителей последних поколений. Особенно важно постичь сущность запретов и повелений, помогающих избежать воровства. Возможно, человек не сможет следовать этим законам сразу, ибо тому могут препятствовать сильные страсти. Помимо того, имущественные законы Торы порой существенно отличаются от юридических канонов страны проживания. Однако велика сила Знания, которое постепенно поможет настолько укоренить в душе привычку жить по Торе, что для человека станут одинаково важными и законы кашрута, и имущественные отношения.

Приведем еще один пример: если человек совершил, упаси Б-г, такой не самый распространенный в мире грех, как прелюбодеяние или другое тяжкое, но редко совершаемое преступление (а мудрецы Талмуда сказали, что «лишь немногие вступают в запретные связи»[34]), то дурное побуждение грешника настолько усиливается, что такое действие начинает казаться ему, упаси Б-г, разрешенным. Главное средство для его излечения, кроме размышлений о трепете и изучения Талмуда, Мидраша и Мусара, – это углубленное постижение соответствующих законов с намерением их исполнить. И постепенно оно принесет свои результаты, закалит душу и убережет ее от разверзшейся преисподней хотя бы в том, чтобы не совершать греха «дабы разгневать Творца». И в результате продолжительное и углубленное изучение законов, относящихся к распространенным грехам, поможет человеку обрести новую природу, так что его сердце отвергнет эти преступления, даже если ему будет трудно воздержаться от их совершения.

Следует начать с соблюдения запретов, которым дурное побуждение не препятствует столь упорно. Талмуд в трактате Хулин повествует о грешнике, нарушающем заповедь только ради своего удовольствия. Перед Песахом он не уничтожил квасное и все дни праздника нарушал запрет на его хранение в своем доме: «Да не будет видно у тебя квасного...»[35] Однако по завершении праздника он обменивается квасным с неевреем, дабы «уменьшить тяжесть совершенного нарушения»[36]. И даже другим разрешено полагаться на то, что он непременно так поступит[37]. Как же нам не устыдиться, а нашим сердцам не дрогнуть, когда мы сравним ничтожность наших душ с величием прежних поколений. В былые времена даже для грешника, хранившего в Песах квасное в своем доме, было естественным не преступать запрет хотя бы в том, к чему его не влекли страсти. А в нынешнем поколении из-за множества наших преступлений мы грешим все больше и больше, уже «дабы разгневать Всевышнего», и не стараемся хоть в чем-то «смягчить» привычные преступления, чтобы уменьшить нарушение запрета, и творимое нами зло тяжко, ибо мы уже грешим, «дабы разгневать Всевышнего», упаси Б-г. Из-за особой греховности нашего поколения даже изменился приведенный в Шульхан Арухе закон: «Если грешник, который ест некашерное ради своего удовольствия, зарезал животное проверенным острым ножом, то это мясо разрешено»[38]. Беер Эйтев отмечает, что если в наше время человек подозревается в том, что ест некашерное «для своего удовольствия», от него не принимают никакой пищи из опасения, что он может нарушить и любые другие запреты святой Торы. Имеется в виду, что если он способен нарушить запрет Торы ради собственного удовольствия, то есть основание подозревать его и в бунте против Всевышнего. Поэтому мы не можем доверять кашерности мяса забитого им животного, хотя во времена написания Шульхан Аруха закон счел бы его разрешенным. И тот, кто в наше время позволит себе такое мясо, окажется «грешником, нарушающим всю Тору»[39].

В том, что Тора излечивает от дурного побуждения, есть и еще один духовный аспект, неподвластный ни разуму, ни чувствам человека. Об этом сказали наши мудрецы: «Тора во время ее изучения – защищает и спасает»[40]. Любые разделы Торы, которые мы проходим, оберегают нас от греха. Даже изучение закона о «быке, который забодал корову»[41] отвращает от злоязычия и других преступлений, хотя имущественные законы и грех злоязычия напрямую не связаны между собой. Защитой нам становится чистая духовность Торы.

И проницательные увидят, что наше стремление преодолеть дурное побуждение в основном сводится к материальному аспекту – размышлениям о трепете перед Б-гом и изучению соответствующих разделов Торы. А второй аспект излечения – духовный – проявляется сам собою, возникая как-бы исподволь. Ведь изучение Торы – предписывающая заповедь, исполнение которой не зависит от силы дурного побуждения, властвующего над человеком. Еврей обязан постоянно трудиться над Торой, с любовью исполняя заповедь ее изучения, даже если ему не препятствует в этом дурное побуждение. Когда мы изучаем Тору надлежащим образом, заложенное в ней духовное лекарство само воздействует на дурное побуждение.

А материальный аспект – размышление о трепете перед Б-гом и изучение законов – является целительным снадобьем. К нему необходимо относиться так же, как к лекарствам от болезней тела, где каждое средство излечивает соответствующую болезнь. То же самое относится и к болезням души. Каждое лекарство должно соответствовать тяжести болезни. Чем сильнее на человека влияет дурное побуждение, тем больше ему необходимо размышлять о трепете перед Б-гом и изучать законы. А если он не воспользуется материальным лекарством, то и духовное средство от его болезни – изучение Торы – не сможет с необходимой силой воздействовать на его духовное дурное побуждение. Так сотворен человек: духовные деяния, связанные с душой, зависят от происходящего с его телом.

И вот враг, подстерегающий каждого, – дурное побуждение – пытается превратить сердце человека в камень, чтобы он не ощущал тяжести своих грехов и не замечал недостатков. Злое начало стремится к тому, чтобы он ничего не предпринимал для своего спасения, не задумывался о трепете перед Б-гом и не искал действенного материального лекарства.

Поэтому пусть человек поможет другим в обретении заслуг и побудит их к размышлениям о трепете и Мусаре. И пусть он изо всех сил поддерживает изучение Мусара, чтобы как можно больше людей последовало за ним и упрочился трепет перед Б-гом – тогда заслуги, обретенные многими, будут связаны с ним. И изучение Мусара постепенно направит его на путь праведности, а это одновременно и материальное, и духовное лекарство, согласно высказыванию мудрецов Талмуда: «Всякий, приводящий других к заслуге, не совершит греха»[42].

Как важна заповедь направлять весь народ Израиля к изучению Мусара, дабы спасти души людей от преисподней! Об этом сказали мудрецы: «Каждый, проявляющий жалость к другим, заслуживает милосердие с Небес»[43]. И нет большей милости, чем побуждать людей к изучению мудрости трепета перед Б-гом. Тогда они увидят глазами, услышат ушами и ощутят своими сердцами, сколь пагубно преткновение на пути к Мусару, задумаются о конце своих дней, решат в раскаянии возвратиться к благословенному Б-гу, «отойти от зла и творить добро»[44]. Человек, побуждающий к этому других, обретет удел во всем, что из этого произрастет, заслужит вечное наслаждение, которого «ничей глаз не видел»[45]. Разум человека не может охватить и осознать глубочайший смысл множества заповедей, однако если он приведет других к их исполнению, то заслуга за это будет принадлежать ему. Итак, небольшим трудом приобретается огромная награда, которую невозможно переоценить. Поэтому, если человеку дорога его душа, пусть направит свои глаза и силу своего разума к этому великому делу.

 

[1] Ирмеягу 10:19.

[2] Хавакук 2:4.

[3] Макот 24а.

[4] Бемидбар 21:27.

[5] Там же.

[6] Бава Батра 78б.

[7] Сукка 52а.

[8] Йома 9б.

[9] Поколение Первого или Второго Храма. – Примечание редактора.

[10] Там же.

[11] Коэлет 9:4.

[12] Камень преткновения – злое начало. См. Иешаягу 8:14. – Примечание редактора.

[13] Все наши пути и дороги ведут нас ко злу, и мы не видим успеха в жизни. См. Бемидбар 22:32. – Примечание редактора.

[14] Теилим 49:14.

[15] Там же.

[16] Шаббат 31б.

[17] Коэлет 7:2.

[18] Ваикра 11:43.

[19] Йома 39а.

[20] Кидушин 40а.

[21] Авода Зара 18а.

[22] Рав Исраэль Салантер имеет в виду изучение Мусара – мудрости трепета перед Небесами. – Примечание редактора.

[23] См. Ийов 32:20.

[24] Авот 2:9.

[25] Сота 3а.

[26] Сангедрин 7а.

[27] Берешит 6:5.

[28] См. Арахин 15б.

[29] Ийов 15:4.

[30] Бава Батра 16а.

[31] Шмот 22:30.

[32] Дварим 14:21.

[33] Ваикра 19:13.

[34] Бава Батра 165а.

[35] Шмот 13:7.

[36] См. Хулин 4б. Квасное, хранившееся во владении еврея в Песах, запрещено и после праздника, а принадлежащее нееврею – разрешено. Поэтому вероотступник, грешащий только ради своего удовольствия, после праздника Песах непременно обменяет свое квасное у нееврея, дабы уменьшить грех. – Примечание редактора.

[37] И принять от него пищу, не опасаясь нарушения запрета. – Примечание редактора.

[38] Йорэ Деа 2:2. Нет опасения, что он преднамеренно совершит грех, если не получает от этого удовольствия. – Примечание редактора.

[39] Беер Эйтев, Иорэ Деа 2:5.

[40] Сота 21а.

[41] Вавилонский Талмуд, трактат Бава Кама, повествующий об ответственности за причинение различных форм ущерба. – Примечание редактора.

[42] Йома 87а.

[43] Шаббат 151б.

[44] Теилим 34:15.

[45] См. Иешаягу 64:3.